Не знаю, зачем я тебе все это пишу. Я-то как раз никакого счастья одним движением причинять не собиралась. Разрушить. Казалось, это еще проще. Но не вышло. Если человек намерен не сдаваться, никакие мои расчеты на разрушения ему не страшны. А если он и без меня все время неправильно подставляет икс в свое уравнение, то даже мои помехи не влияют на результат.
Оказывается, все тоньше. Но не рвется. Никак не рвется.
Глава 8
Тоска накатывала на Ангелину волнами. Иногда ей приходилось долго себя уговаривать. Говорить, ну что ты, девочка. Все хорошо. Все живы, все хорошо. Близкие люди рядом с тобой. Не буквально, конечно. Но все же. Позвони и выяснится, что ни к чему эти волнения. Проталкивать воздух силой, замирать, отлавливать томление и ноющие ощущения по всему телу. Ну, что ты? Все хорошо, успокойся.
Тоска всегда появлялась, когда Ангелина незапланированно сталкивалась с чужой жизнью. Это всегда целый мир. Или вселенная. Там все, все другое. Незнакомое. Неловкое движение — и мир начинает рушиться. Другой, чужой. Ничего исправить нельзя, потому что там свои законы, которых Ангелина не знает.
Это всего лишь кафе, всего лишь официантка. Непонятно, что же происходит. Глупое сердце, думает Ангелина, только в такие моменты и понятно, что оно есть, и это не просто насос, не качает туда-сюда, а что-то там еще происходит. Оно что-то говорит, непонятное, на чужом языке постороннего мира.
Она бежала от тоски и мыслей о Славке. Все это глупости. Подумаешь. Так бывает иногда, когда есть двое взрослых разнополых людей и располагающая обстановка. Дома она все время помнила о том, что в шкафу поселился его свитер. Невозможное чувство. Ощущение чужого присутствия. Его присутствия. Сегодня утром они даже поругались с Кулагиным.
— Геля, что ты привязалась ко мне с этой кофтой?! Мне некогда развозить чужие вещи по хозяевам. Если бы Славка умирал и мерз без своей кофты, он бы сам ее забрал.
— Это свитер, — сказала Ангелина.
— А мне пофигу. Если тебе он так мешает, позвони ему, попроси его забрать. Отправь по почте или с курьером. Сама хоть раз попробуй разобраться с таким пустяком! Я же тебе не воспитатель в детском саду. Что ты вообще носишься с этим свитером?!
— Кулагин, как он вообще здесь оказался?
Николай длинно вздохнул и посмотрел на жену:
— Вместе со Славкой, Геля. Не думаешь же ты, что я тайком его выкрал, этот свитер, чтобы ты тут маялась догадками? Главное, чего ты привязалась-то? Ну, приходил Славка. Не любовницу же я сюда привел!
— А куда, кстати, ты водишь любовницу? — спросила Ангелина и пожалела в тут же минуту.
Николай стал немного багроветь лицом, ходить животом и вообще демонстрировать раздражение. Ей вовсе было неинтересно, куда он водит любовницу. Это вырвалось случайно, будто поддержание разговора на интересную собеседнику тему. Потому что ей-то точно было неинтересно про любовницу, ее волновал Славка. Что общего у них может быть в ее отсутствие? Зачем он приходил? Узнавать у Кулагина, не перестал ли он финансировать ее покупки? Какой еще был у него интерес? Ведь не стал бы он обсуждать с Кулагиным то, что произошло. Ангелина очень надеялась на это.
Не то чтобы она стала отпираться, если бы Кулагин выяснил, что она ему изменила. Возможно, это бы облегчило их расставание. Просто ей не хотелось думать о Славке плохо. А выдавать даму — последнее дело.
— Геля! Ну какая еще любовница?! Что за фантазии больные? Или что? Тебе тоже кто-то сказал, что я…
— Почему тоже? — удивилась Ангелина. — Нет, Кулагин. Про тебя мне никто ничего не говорит. Ты же не знакомишь меня со своим трудовым коллективом, на корпоративы не берешь. Вряд ли бы ты стал заводить любовницу где-то еще, не на работе.
Николай отвернулся от жены.
— Мне не интересно. Прости. Я не собиралась ловить тебя на слове. Просто мне непонятно, что тут делал Славка.
— Да ничего не делал! — сердился Кулагин. — Пришел. Говорит, слышал, что ты попала в больницу. Откуда бы, кстати, ты не знаешь? Ну вот. Может, говорит, надо чего? Навесить тебя хотел, но я не пустил. Ты тогда сказала, что никого не хочешь видеть, даже меня не пускала. Ну и мы посидели, выпили. Немного. А что?
— Да ничего. Просто интересно. Ты б ему кофту все же завез, а?
— Геля. Отстань, мне некогда. Не умрет твой Славка без этой кофты, да? Чего она тебе покоя не дает? Мешает — выброси. Скажешь, что не оставлял он тут ничего, если спросит. Привязалась. Проблем у тебя других нет. Хорошо живешь.