В кафе на нее опять навалилась тоска. Через два столика сидела рыжая девушка, болтала ногой и говорила в телефон:
— Коля, ну что ты такое говоришь? Никого у меня нет! Ни с кем я не сплю! Просто Стас сказал, что нужно срочно обсудить конференцию. Да. Да, в кафе!
Рыжая девушка покачала еще и головой, закатила глаза, посмотрела на свои ногти, закусила губу.
— Пожалуйста! Я тебе прошу, не нужно мне звонить каждые пять минут! Чем меньше ты будешь меня отвлекать, тем быстрее мы закончим! Да, не рядом. Вышел. Не знаю, помыть руки? Не придумываю. Дать ему трубку? Мы в кафе! Ни в какой не в гостинице, ни в каком не в душе! Коля! Я не сплю с ним! Нет, и он со мной не спит тоже. Слушай, у тебя же там деловые переговоры! Я же не звоню тебе с проверками!
К столику рыжей девушки подошла официантка и вдруг усмехнулась недоброй усмешкой. Поставила чайник в опасной близости от края столика. Рыжая прикрыла трубку ладонью и обратилась к официантке:
— Зачем?
— Хватит орать на все кафе, — прошипела официантка. — Общественное место, здесь не выясняют, кто с кем спит. Или что? Рупор дать?
Рыжая отвернулась от официантки и в ее глазах Ангелина заметила блеснувшие слезы.
— Я здесь, — сказала она в трубку. — Слушаю тебя. Просто нам принесли чай. Боже, Коля, не придумывай ничего, пожалуйста. Мы всего лишь вышли пообедать. Да, вдвоем. Чтобы не терять время и обсудить детали за обедом. Только бизнес, никакой романтики. И секса!
Ангелина проследила взглядом за официанткой. По дороге от столика рыжей она успела поменять выражение лица, как маску сменила. Перед ней была молоденькая и приятная девушка.
— Вы уже выбрали? — спросила она, не глядя Ангелине в лицо. — Или вам предложить что-нибудь?
— Я буду капучино, — сказала Ангелина, и официантка вдруг вздрогнула. Ангелина посмотрела ей в лицо и не успела рассмотреть промелькнувшее выражение. Но испугалась.
Какие глупости, сказала она себе. Это мне мерещится от неловкости. Надо было спросить у Евгении имя мастера. И вот сейчас нужно просто разглядеть имя девушки-официантки на бейдже. Просто я одичала — так давно никуда не выходила.
Ангелина решила отвлечься и набрала сотовый мужа. Линия занята, сообщил ей механический голос. Ну и ладно. Я взрослая женщина. Самостоятельная. Быстро, пока не передумала, Ангелина набрала другой знакомый номер.
— Привет, — сказала она и постаралась проигнорировать наворачивающиеся слезы и унять сердцебиение и дрожь. — Как дела? Ты забыл у нас свой свитер.
София ощущала, как краснеет нос. И становится слишком влажным внутри. Сейчас абсолютно не романтично у нее потекут сопли.
Холодно было ужасно, она была не готова ни к чему подобному. Когда Николай позвонил и сказал, что они для всех в командировке, чтобы она быстро собрала малое количество вещей и настраивались на романтику, потому что «малыш, мы так часто ссоримся и так мало времени проводим вместе, нам надо сменить обстановку», она так и сделала. Сложила в сумку красивое белье. Пять наборов. Три платья, укомплектованную косметичку и зубную щетку.
Даже когда он стал подниматься в горы, она продолжала мечтать о красивом небольшом особняке среди сосен и елей. В воздухе пахнет озоном, внизу шумит горная река, у крыльца наливается земляника.
Немного отвлекал запах уксуса.
— Я буду кормить свою женщину мясом, — сообщил Николай.
И затем неоригинально, имитируя грузинский, вероятно, акцент, он поведал ей о том, что женщины и мясо две вещи несовместимые. Что мужчины вообще готовят лучше, и не только готовят. Что его дорогая маленькая девочка заслужила отдых на природе. Усыпил бдительность окончательно.
Когда он остановил машину прямо на какой-то поляне, София недоуменно огляделась. В пределах видимости никаких особняков не было. Земляники тоже.
— А где мы будем…
— Что? — игриво спросил Николай.
София посчитала до десяти и потом спросила:
— Что мы будем здесь делать?
— Как что? Ты будешь отдыхать, дышать свежим воздухом и ждать, когда я накормлю тебя шашлыком и печеной картошкой. Иди, гуляй.
Сначала София вполне успешно выполняла команду. Прошлась под соснами, понюхала воздух с запахом озона, пособирала шишки, поумилялась деловитым жукам в траве, послушала горную речку, спугнула пару птиц.
Ей надоело минут через пятнадцать. Николай безуспешно разводил костер, стрекотали насекомые, пищали комары, трава кололась, каблуки вязли в земле.