– Так, так, – сказал Триллинг, потрогав пальцем багровый кровоподтек на щеке («Споткнулся на лестнице», – объяснял он встречным).
– Может быть, вызвать наряд полиции?
– Ни в коем случае! Мы не можем мешать свободному волеизъявлению народа.
– Что же делать? Они сломают ворота. Слышите? – С улицы доносились низкий гул и отдельные выкрики.
– Я сам к ним выйду, – решил Триллинг. Решительно спустившись по лестнице административного корпуса тюрьмы, он подошел к воротам. Массивные, из литого чугуна, они еле сдерживали напор толпы. «Ре-вольс у-бий-ца, вы-дай-те Ре-воль-са!» – скандировала толпа. При виде Триллинга шум усилился.
– Чем вы недовольны, друзья? – широко улыбнулся Джон.
– Револьс!.. Выдайте Револьса! – раздался рев.
– Мы его должны судить, – сказал Триллинг, стоя вплотную к решетке. Передние ряды толпы состояли из рослых молодчиков подозрительного вида, сильно смахивавших на переодетых полицейских. Они-то и кричали громче всех.
– Никаких присяжных! Револьс – убийца. У нас свой суд! Линчевать убийцу!
– Соблюдайте законность! – прокричал Триллинг, стараясь, чтобы его слышали задние, и удалился в глубь двора. Войдя в кабинет начальника тюрьмы, он распорядился: – Пусть ломают ворота и делают, что хотят. За все отвечаю я. В конце концов, убийца должен получить по заслугам. Этого требует общественное мнение. Вечером поговорим о вашем повышении. А сейчас, – он глянул на часы, – я спешу на биржу. Надеюсь, что вы правильно поняли меня.
– Так точно, босс, – ответил начальник тюрьмы, вытягиваясь в струнку.
В это утро, как обычно, люди спешили на работу. Трамваи, троллейбусы, автокары, подземка – все было битком набито спешащими людьми. Моросил нудный осенний дождик. В толпе шныряли роботы-газетчики. Протянув никелевую монетку, люди хватали газеты и на ходу разворачивали их. В газеты попадали события, разыгравшиеся буквально час тому назад.
Ускоряя шаг, люди обменивались короткими репликами, обсуждали последние сообщения.
– «Сайбернетикс компани» спроектировала новую универсальную автоматическую линию.
– Значит, появятся новые тысячи безработных.
– Их и так уже, слава богу, немало.
– Осторожнее, – говорил собеседник, опасливо оглядываясь, не подслушивает ли кто-нибудь.
– Взрыв госпиталя на Овальном плато. Смерть Гуго Парчеллинга, – раздаются размеренные голоса роботов-газетчиков, сообщающих последние новости.
И лишь на самой последней странице в укромном уголке, скромным петитом было набрано сообщение о том, что сегодня утром в городской тюрьме возмущенная толпа граждан линчевала Катиля Револьса – убийцу Гуго Парчеллинга. «Преступник получил по заслугам, – говорилось в заключение заметки. – Но тем не менее в целях расследования всех обстоятельств этого дела решено создать специальную комиссию. Председателем комиссии назначается сенатор Джон Триллинг».