И про сумочку не забыл. Макс, такой Макс. Придётся перевоспитывать. Сумочка подошла, а туфли нет. Купила сама — на тончайшей шпильке алого цвета с высокой застёжкой.
Каштановые волосы обыденно подкручены и свободно распущены по плечам. На лице, как всегда, — минимум косметики и широкая улыбка.
Как и в прошлый раз, мне рассказывают, в каком зале он находится. Как и в прошлый раз, он не сразу меня замечает. А почему? Правильно, вокруг него снова вьются девицы. Пора бы мне к этому привыкнуть.
Традиционно взъерошенные волосы, бархатный голос, который даже издалека заставляет моих поселившихся в животе бабочек трепетать, красивая улыбка. С настоящими белоснежными зубами. Да, настоящие, я зачем-то уточнила этот момент. И мои любимые глаза. В которых, если присмотреться спрятана его жизнь, в которой он умеет любить и надеяться.
Он улыбается пока ещё не в полную силу. Старается отправить девочек подальше от себя, но, я уверена, они уже давно попались на цвет его небесных глаз и совсем не спешат уходить.
Во мне растёт протест. Я снова специально громко стучу каблуками и уверенно двигаюсь в его сторону по большому проходу между столиками. Пусть все присутствующие сегодня меня хорошо рассмотрят. Почему-то мне так хочется. Наверное, бабочки виноваты.
Снова дежавю. Он поднимает голову, но его взгляд пока абсолютно ничего не выражает. Анализирует. Вот же, Дубина моя, ну давай, думай. Наконец, улыбается, но не довольной, а скорее виноватой улыбкой.
— Дамы, попрошу дать мне пройти, — старательно лыблюсь во все свои тридцать два зуба, как в прошлый раз, а в его глазах пляшут озорные огоньки.
Девочки с фырканьем и недовольством исчезают, а мы продолжаем стоять и пялиться друг на друга.
Глаза в глаза. Мороз по коже. Думаю, что и у него тоже. На спине, в районе позвоночника, отделяется капелька пота. Нет — это грубо и некрасиво. Капелька жидкости, которая возникает то ли от жары, то ли от холода, или от радости. Да, от безоблачной радости. И ползёт предательски вниз, а за ней устремляются толпы нервных импульсов. И мы больше не улыбаемся.
— Лер, — тихо зовёт он. — Они сами ко мне прицепились. Прости.
— Так построже надо быть, Макс. Построже.
— Я не успел сообразить. Целый день о тебе думаю.
— В следующий раз можешь не успеть меня удержать.
— Я знаю, — неторопливо обводит моё лицо глазами и задерживается на губах.
Гордо поднимаю подбородок и делаю шаг в сторону, как будто собираюсь пройти мимо него. Он не выдерживает и хватает меня за руку.
В этот раз обводит глазами моё платье и улыбается. Переваривает, как и в прошлый раз. Наверное, опять не знает, как к этому отнестись. И снова этому причина — мой идеальный вид. Уверена, то, что он увидел, ему также нравится.
— Один вопрос. Я передал вечернее платье. Оно совсем не понравилось тебе?
— Ну что ты, Максим. Оно очень даже ничего. На следующей твоей презентации обязательно буду в твоём платье. Просто сегодня нужно другое.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что так великолепно выглядишь. Правильно. Твоё платье лучше. Я не решился такое заказать.
Улыбка снова исчезает с его лица. Он резко опускает голову вниз.
— У тебя расстегнулся ремешок.
— Да, а я и не заметила.
Он приседает и сам ставит мою ногу на невысокий выступ у стены. Я нервно оглядываюсь по сторонам, нет ли собравшихся зевак на наше завораживающее представление. В округе всё спокойно. Люди ужинают и ведут непринуждённые разговоры после рабочего дня за своими столиками в зале с приглушённым светом.
Его горячие пальцы на моей лодыжке заставляют перевести взгляд на него.
— У меня получилось, — говорит он с многозначительным взглядом и проводит большим пальцем по моей косточке.
— Я очень этому рада, — стараюсь отвечать твердо, но голос начинает уплывать в другую тональность, когда он обводит косточку по кругу. — Может, ты встанешь, наконец?
Он кивает и тут же поднимается.
— Будь моя воля, я сейчас бы увёз тебя отсюда.
— Не время, Максим. У нас есть разговор.
— Я понял, Заяц. Спасибо, что хоть так. Я готовился к худшему, — отодвигает стул и помогает мне занять место за столом.
На столе уже стояли салаты. Поэтому, чтобы унять дрожь в теле и привести мысли в порядок, я начинаю быстро жевать.
— Посмотри меню, пожалуйста. Я не решился сам заказать.
— Хорошо, — стараюсь как можно спокойнее отвечать ему.
— Кстати, — он немного отклоняется назад и откуда-то со стороны окна достает небольшой букетик из ромашек.
— Спасибо, — не выдерживаю и улыбаюсь ему в ответ. — Максим, так нельзя.