– Ну да, футболка с прикольной надписью у меня уже есть, нам в полиции выдают… Вот только разговор о завтраке заставил меня вспомнить о морской пехоте.
– Понимаю, что тебя тянет в поход за едой, но в армии в это время пищу не принимают, приятель.
– Ищи другие ассоциации. У меня, например, такая: на суше и на море, как в рыбно-мясном ассорти. Еще точнее: лангусты и мясо на косточке – в том ресторанчике на Восьмой.
– А я-то думал, дело в твоем армейском патриотизме, – попенял я ему.
Но до Восьмой мы так и не доехали – позвонил Шон Бинчи.
– Я поймал Бри и Сельму, мой лейтенант! Прямо у входа в дом Бревинса; только я успел заглушить мотор – тут они и подъехали.
Назвал стриптизерш по именам, как старый приятель. Шон вообще любит людей, несмотря на то, что каждый день имеет дело с наихудшими проявлениями человеческой натуры.
– Арестуй их, – приказал Майло.
– Уже арестовал; везу в отдел, будем через двадцать минут. Они рассказывают очень интересные вещи, мой лейтенант.
– По поводу убийств?
– Чего нет – того нет. По поводу того, что на них только что снизошло религиозное откровение и они намерены оставить разгульную жизнь и поступить в монастырь.
– Только не вздумай отпускать им грехи! Сперва выслушаем полную исповедь.
Глава 33
Брианна Бревинс и Сельма Арредондо были одеты одинаково – короткие белые маечки, выставлявшие напоказ плоские животики, облегающие джинсы, босоножки на высоком каблуке, огромные кольцеобразные серьги, позолоченные браслеты на правой руке. У обеих – пирсинг в бровях и на языке и по нескольку мелких сережек в ушах. У Сельмы между капризной нижней губкой и точеным подбородком сверкал небольшой бриллиант.
Татуировки Брианны – во всяком случае, те, которые были на виду, – включали в себя покрытое розами и шипами левое предплечье, кольцо из колючей проволоки вокруг бицепса, женское личико с рожками в ямке между ключицами, слово «ЛЮБОВЬ» черными готическими буквами вдоль одной из ключиц, «ВЕРНОСТЬ» – вдоль другой. Вокруг шеи Сельмы шло ожерелье, выполненное в две краски, синюю и красную, и изображало оно цепь, усыпанную желтыми алмазами, в центре которой находилась огромная грушевидная черная жемчужина, истинный шедевр, почти как трехмерная. Каждая рука тоже была трижды обернута цепью. И цепочка иероглифов, которая уходила бы в расщелину между грудей, если б груди такого размера могли образовать расщелину.
– Что там написано? – поинтересовался у нее Майло.
– Китайская мудрость какая-то.
У обеих изъяли телефоны и досмотрели сумочки; потом девушек рассадили по разным допросным и оставили дозревать.
Майло использовал паузу, чтобы подзаправиться кофе (из кофеварки в комнате следователей) и мясным сэндвичем (из торгового автомата; лангусты, проворчал Майло, постыдились бы такого соседства). Адреналина у него и так было полно.
Брианна выглядела старше своих девятнадцати, в уголках глаз уже начали появляться морщинки. Взгляд прикован к поверхности стола.
– Привет, Бри, это опять я! Позволь представить тебе Алекса.
Брианна что-то презрительно промычала. Мы уселись по обе стороны от нее.
– Расскажи-ка нам про Тристрама и Куинна.
– Таких не знаю.
– Прекрасно знаешь, Бри. – Майло показал ей фотографии. – Тристрам Вайдетт и Куинн Гловер, один круче другого. Не только крутые, но и богатые; у Тристрама – «Ягуар», у Куинна – желтый «Хаммер»… Наверное, хорошо башляют, если присесть им в клубе на коленки?
Девица с подчеркнутым безразличием окинула взглядом фотографии.
– Как не знала таких, так и не знаю.
– Как знала, так и знаешь, Бри.
Майло дал ей поразмыслить минутку, однако Брианна продолжала хмуро молчать. Тогда лейтенант придвинул свой стул еще ближе. Брианна обернулась, ища, куда бы отодвинуться, но сзади была глухая стена. Она шумно выдохнула.
– Бри, мы и так уже почти все знаем, поэтому в твоих же интересах – не запираться. Для начала, вы с Сельмой подцепили Тристрама и Куинна в «Голодном льве» и встречались с ними уже несколько месяцев. У нас есть данные их кредиток, так что для нас не секрет, когда они впервые появились в клубе и сколько успели на вас потратить. Мы знаем кое-что и помимо этого – например, что они вам обещали.
Майло опять сделал многозначительную паузу, но Брианна Бревинс только помотала головой.
– А обещали они разные волшебные штуки, – продолжил Майло. – Например, свозить вас в Аспен на частном реактивном самолете. От вас всего лишь требовалось быть послушными девочками.
Майло подождал, чтобы убедиться, что его последняя фраза достигла цели. Кожа, обтягивающая ключицы Бри Бревинс, вдруг порозовела, выгодно оттенив надписи про любовь и верность. Как ни удивительно, Бри все еще была способна краснеть.