– Нас не интересует, насколько именно вам пришлось быть послушными, Бри, – успокоил ее Майло. – Не считая того случая, когда как-то вечером они попросили вас об одном одолжении. Я про дельце, которое вы провернули с Гильберто Чавесом. Знаешь такого?
– Нет! – На этот раз с чувством.
– Мексиканец, которого вы наняли в Ван-Найсе, чтобы тот купил сухой лед.
Накладные ресницы Бри вдруг задрожали, ярко-розовая кожа на груди резко побелела, словно всю кровь отсосали мощным насосом.
– Припоминаешь, Бри?
Молчание.
– Совсем не тот «лед», к которому вы привыкли, – уточнил Майло. – Мы, кстати, нашли амфетамин у тебя в сумочке. Сельма говорит, что она сама ни разу не покупала, это ты с ней всегда делилась.
– Неправда!
– Сельма говорит именно так, Бри, а она, в отличие от тебя, согласилась нам помогать. Но, если честно, Бри, черт с ним, с метамфетамином; меня сейчас интересует совсем другой лед. Сухой. Потому что его использовали в очень паршивом деле. Ты ведь понимаешь, о чем я?
Брианна моргнула, обхватила руками плечи и, уронив голову на грудь, промычала что-то отрицательное.
– Конечно, понимаешь. Что для вас с Сельмой хуже всего – вы ведь знали об этом паршивом деле, покупая сухой лед. И как ты думаешь, почему мы так решили?
Девушка пожала плечами.
– Да потому что Сельма нам рассказала! Купить лед для богатеньких мальчиков закон не запрещает. А вот купить лед, зная, что его будут использовать для убийства, – дело совсем другое, это называется «сознательное пособничество». Согласно закону это все равно что самой убить.
Брианна Бревинс недоверчиво подняла глаза на Майло, какие-то пять секунд выдерживала его взгляд – и снова уронила голову.
– Сельма уже помогает нам, Бри, и ей это зачтется. Твоя подруга соображает быстро и сразу поняла, что, когда светит пожизненное заключение, уже не до церемоний.
Брианна только трясла головой из стороны в сторону и стонала – я слышал такие стоны в палатах онкобольных.
– Мы не желаем тебе зла, – заверил ее Майло, – но шанс спасти ситуацию и рассказать нам всю правду у тебя только один. Если ты будешь упрямиться и, в отличие от Сельмы, упустишь его, пойдешь по одной статье с Тристрамом и Куинном. Тебе решать.
Отрицательные движения головой неуловимо изменились и вдруг перешли в согласный кивок.
– Только они такие ужасные…
– Тристрам и Куинн?
– Ага. Они ужасные… Я хотела сказать – я их боюсь.
Глава 34
– Мы с ними тусуемся… ну, уже несколько месяцев, – сообщила Брианна Бревинс.
– Где вы познакомились?
– Они пришли на шоу в «Лев», заплатили, чтобы мы сели им на коленки, заказали нам шампанского, ну и потом – это самое. Приватный номер.
– С тех пор вы с ними и тусуетесь?
– Ну да.
– И что они еще любят, кроме «льда»?
– Односолодовый, – ответила Брианна. – У них всегда с собой бутылка-другая.
– Виски со «льдом», – Майло кивнул. – А потом дошло и до другого льда…
Брианна Бревинс хихикнула.
– Бри, разве я сказал что-то смешное?
Улыбка исчезла.
– Нет, это я просто… когда они попросили купить лед, то мы тоже сразу такие – что, другой лед? Это Сельма говорит. Ржачно вышло.
– Тристрам и Куинн тоже посмеялись?
– Так они все время смеются.
– Веселые ребята.
– А чего им, плакать, что ли? У них есть все.
– Что – все, Бри?
– Бабло, тачки, что хотят, то и делают… Крутые.
– Ну и плюс к тому есть еще вы с Сельмой.
Брианна опустила глаза; лицо ее выражало сейчас что угодно, только не юную бесшабашность.
– Да мы не понимали, что ли? Поиграются и бросят. Они собирались в колледж в Стэмфорде, туфту гнали, что нас с собой возьмут.
– В Пало-Альто? Ты хотела сказать, Стэнфордский университет?
– Типа того.
– Тристрам и Куинн обещали взять вас с собой в университет?
– Квартиру нам там снять. Чтобы мы жили у них на содержании. Их это словечко прикалывало, «на содержании». Типа, как у королей и принцев раньше были содержанки.
– Новоявленные принцы из Бель-Эйр?
– Типа.
– Вы в это верили? Самолет и все такое?
– Да не особенно.
– Но сначала вам хотелось верить? – уточнил Майло. – Вы надеялись?
– Мы думали, будет круто. – По щекам Брианны, прокладывая дорожки в толстом слое косметики, покатились слезы. – А они нас просто дразнили. Показывали фотки этого домика в горах – он Кью принадлежит, ну, его семье. Выходишь из дома, сразу на лыжи – и катайся сколько влезет.