Женщина насторожилась было, но лейтенант показал ей удостоверение.
– Полиция?.. Трей – хороший мальчик.
– Он ничего не натворил, мадам. Нам просто нужна информация.
– Он – свидетель преступления?
– Не исключено.
– Ничего себе! – воскликнула женщина. – Только ведь Трей здесь больше не живет. Он уехал учиться в Гарвард несколько лет назад, не знаю, закончил ли уже…
– А кто здесь живет?
– Его родители. Джун – медицинская сестра, а Джозеф – ученый или что-то в этом роде. Немного себе на уме, но в общем-то очень приятные люди. Оба работают допоздна.
Херби шумно выдохнул, задрожал брылами и потянул поводок.
– Полагает, что пора бы и на прогулку, так что – до свиданья, – сказал женщина.
Херби повел ее по направлению к Уилширу. Бодрая походка пса сигнализировала миру, что жизнь удалась.
– Ехать в Пасадену в час пик – идея так себе, – начал прикидывать Майло. – Давай-ка, чтобы не терять даром время, вернемся в участок, а потом – в Сан-Фернандо. Нет смысла гоняться за хорошим мальчиком, если Дорис видела не его.
В участке Майло вставил в альбом фото Трея Фрэнка и еще нескольких похожих на него молодых людей, а затем я решил рискнуть и поехал в Ван-Найс через Беверли-Глен. Пробка на бульваре Сансет простиралась до самого горизонта. Майло посоветовал:
– Поезжай лучше домой. Я возьму свою машину и продолжу один.
– В этом нет необходимости.
– В тебе проснулся филантроп?
– Во мне проснулось любопытство.
Я позвонил Робин и сказал, чтобы она ужинала без меня, – я, вероятно, задержусь в Калтехе.
– У тебя и так полно дипломов, – запротестовала она.
– Во мне проснулся интерес к химической инженерии.
– Только попробуй химичить за моей спиной!
– Да я больше хотел по инженерной части…
– Наводить мосты – только с моего разрешения, а подбивать клинья даже и не пытайся!
К «Толстяку» я подъехал уже после шести. Не меньше половины стульев у стойки были заняты, то же самое – со столиками. И все так же пахло кипящим маслом. Дорис расставляла тарелки с чем-то жареным перед жизнерадостными молодыми мексиканцами.
– Извините, ребята, сейчас мне не до вас.
Мы постояли рядом, дожидаясь, пока Дорис закончит. Когда она отправилась на кухню, мы пошли следом.
– И вообще, я все рассказала.
– Нам нужно всего пару секунд. Один взгляд на фото – и мы уходим.
– За третью секунду с вас уже чаевые!
Майло раскрыл альбом. Дорис ткнула коротким ногтем в физиономию Фрэнка.
– Вот этот. Теперь довольны?
– Очень. Чаевые – за мной. – Майло полез в карман.
– Обидеть меня хотите? – возмутилась Дорис. Потом рассмеялась и легонько ткнула Стёрджиса в плечо: – Вообще-то, ребята, я на вас и не сердилась, просто такой уж у меня характер. И что, парнишка оказался опасным преступником?
– Пока еще нет.
– Но может оказаться?
– Пока еще не может, Дорис.
– Секретничаете… – она усмехнулась. – Ладно, когда раскроете свое преступление, приходите снова. Вы рассказываете все леденящие душу подробности, а ланч – за мной. – Еще один тычок в плечо Майло. – Чаевые, впрочем, не отменяются.
Глава 18
Я вырулил на шоссе, а Майло снова взялся за телефон. Официально рабочий день в Калтехе уже закончился, но мой друг решил еще раз попытать счастья на кафедре химической инженерии. И снова автоответчик.
– Ну, точно – взрывают, – пробурчал Майло.
В транспортной полиции сообщили, что права Фрэнка зарегистрированы на адрес в двух кварталах от Калтеха. Через три четверти часа мы подъехали к зданию причудливой планировки на шесть квартир. Хотя участок украшали две цветущие магнолии, улучшить общее впечатление они не смогли. Покосившаяся стойка для велосипедов у входа была пуста, если не считать одиноко болтающейся цепи.
В полутемном холле отчетливо пахло студенческим общежитием; там обнаружились и велосипеды, загромождавшие проход. Потрескавшиеся и исцарапанные стены, ковер, местами продранный до основы, за фанерными дверями квартир гремел хип-хоп. К одной из стен были приклеены сотни мелких монеток. Кривая надпись черным фломастером гласила: «На черный день!»
За дверью Трея Фрэнка музыки не звучало. Никто не отозвался и на стук. Майло нацарапал на обороте визитки просьбу позвонить при первой возможности и засунул карточку между дверью и косяком.
– Поехали чем-нибудь перекусим, а потом еще раз попробуем. Я знаю одно рыбное заведение в центре Пасадены, у них там чуть ли не настоящий английский паб. В дартс тебя сделаю.
Через пять минут – я уже подъезжал к бульвару Колорадо – мобильник Стёрджиса исполнил фугу Баха.