Зная выносливость зверька, отвлекающий маневр даст нам десять минут. Больше, если ему удастся добраться до выступа башни и сбросить медальон вниз, где тот утонет в кишащем нечистотами рве.
Я пошел вперед к лестнице. Уверенные шаги Бриар следовали за мной, ее тень без колебаний преследовала мою. Мои губы изогнулись, несмотря на все, что произошло. Ранее она в одиночку бросила вызов подземелью, одержимая желанием дать моему сыну еду и свой плащ, чтобы согреть. Она утешила его и дала снотворное, избавив от необходимости терпеть эту выгребную яму в сознании ни минуты дольше. Она откровенно пренебрегла тем, что мог бы сделать двор, если бы они узнали.
У входа на лестницу я остановился слишком резко для принцессы. Она врезалась в меня, и я потянулся назад, схватив Бриар за бедро, чтобы удержать ее от падения. Ее лоб уткнулся мне между лопаток, а прерывистое дыхание просочилось сквозь мою одежду.
В полумраке мы выделили момент, чтобы вытерпеть друг друга.
Если со мной что-то случится…
Если с тобой что-то случится…
Алая кровь зальет полы. Сердца будут вырваны из груди. Мои кинжалы искалечат и пригвоздят тела к стене для тренировки меткости.
И это при условии, что я проявлю милосердие.
Никто не спасется от меня, если тронет ее.
Что касается моего сына, возмездие не будет знать границ. Я разорву в клочья и сдеру плоть с каждой души, которая встанет у меня на пути. Трупы будут устилать коридоры, как сбитые на дороге животные. Более того, этот двор будет стерт в порошок, вырван с корнем, а все, кто переживет мой гнев, будут заживо погребены под его обломками.
Выдохи Бриар охладили мой пыл, успокаивая жуткие видения. Одно сжатие ее бедра, и я отпустил.
Принцесса стояла на страже, пока я спускался в настоящую задницу замка. Факелы кровоточили оранжевым по мощеному полу, когти света царапали последние ступени.
Я вошел в нишу. Там я встретил второе препятствие — человека-медведя с густыми зарослями бороды, свисающими с челюсти. В то время как я был высоким и атлетичным, этот бегемот мог бы затмить дуб.
Увидев меня, стражник поднялся со скамьи. Даже когда он хмурился в мою сторону, его внушительное тело напряглось, словно желая произвести хорошее впечатление. Я уловил его проблеск интереса, как его зрачки расширились, скользя по моей фигуре.
— Добрый вечер, солдат, — промурлыкал я.
Мужчина облизал губы и преклонил колено.
— Что привело вас сюда, Придворный Ш…
— У меня есть желание.
— Тогда изложите свое дело.
— Мое дело — капитуляция. Мое дело — ты.
Ошарашенный, стражник захлопал ресницами.
— Прошу прощения?
Я ухмыльнулся и двинулся к нему, мой взгляд скользнул по его крепкой фигуре с необузданной похотью.
— Ты знаешь о моих разнообразных вкусах. Я слышал, как стражники говорят об этом. Должно быть, это тяжело — задаваться вопросом, но так и не узнавать, торчать здесь в одиночестве, нуждаясь в компании. Так сильно нуждаясь.
Человек-медведь сжал свою алебарду, но у его дергающегося члена были другие планы. Получив приглашение, он с радостью всадил бы его мне в задницу, если бы я ему позволил.
Я окинул его эрегированный отросток откровенным оценивающим взглядом и изогнул бровь.
— Прости, что осмеливаюсь говорить это, но твой член великолепен.
— Я бы попросил вас оставаться на месте, — предупредил он. — Общение во время дежурства — это…
— Путь Весны, — подсказал я, останавливаясь в дюймах от него. — Знаешь, сколько раз я представлял, как крепкий мужчина берет меня в плен? Я больше не могу сдерживаться. — Мои пальцы, словно пауки, поползли вверх по кирасе, покрывающей его грудь. — Разве я не привлекаю тебя? Потому что ты привлекаешь меня, милый. Ты не представляешь, как волосатый мужчина насилует меня в мечтах.
Его глаза метнулись к моему рту.
— У меня есть работа.
Я наклонился и прошептал:
— Кто узнает?
Капитуляция, несомненно. Озабоченный ублюдок тут же передумал. С довольным рыком этот мерзавец бросил алебарду. Он схватил меня, развернул и прижал к стене.
Я издал фальшивый стон, на что он блеснул резцами.
— Тебе нравится играть в пленника, а?
Воистину. Увы для него, к этому времени уже должно было быть известно: мне больше нравилось играть роль похитителя.
Его лапы потянулись к завязкам моих кожаных штанов.
— А, а, а. — Я достал из-под плаща закупоренный бурдюк и провел кончиком по его рту. — Давай сделаем это интереснее.
Добросовестно я наклонил бурдюк и отпил, позволив части вина стечь по подбородку для эффекта. Мужчина наблюдал за мной затуманенным взглядом. Из прошлого опыта этот ход привлекал многих мужчин, которые наслаждались возможностью слизать алкоголь, смачивающий мои губы.