Я долго молчала, вчитываясь в текст, а потом вернула газету Гарри и тихо спросила:
— Адриан это видел?
— Да, — сообщил Гарри, — но его эта заметка ничуть не удивила. Он и так все знал. Похоже, леди Мэри рассказала ему о своей помолвке, когда мы гостили у Барбери в Харли-Холле.
Я тупо уставилась на Гарри.
— Кейт, что с вами? — спросил он.
— Она ему рассказала?
— Ну да. Он мне утром так и сказал.
— И это произошло в Харли-Холле?
— Да.
— Гарри, а он не сказал вам, когда именно она ему об этом рассказала?
Гарри нетерпеливо закатил глаза.
— Вспомните, — настаивала я. — Это очень важно.
— Ну, он что-то говорил насчет того, что она сообщила ему об этом по секрету на танцевальном вечере.
— А не могло это произойти в тот момент, когда они были на террасе? — спросила я затаив дыхание.
— Вполне возможно, — ответил Гарри.
— О Господи! — сказала я.
Гарри сложил газету и бросил ее на стоявший рядом с диваном табурет.
— Может, вы мне все-таки поведаете, с какой стати вы мне учинили такой допрос? — осведомился он.
— По-моему, я была ужасно глупой, — пробормотала я.
— Ну, это для меня не новость, — ухмыльнулся Гарри. Я бросила газету на пол, уселась рядом с диваном и наклонилась вперед: лицо мое оказалось почти вровень с лицом Гарри.
— Я ужасно злилась на Адриана, потому что случайно увидела, как он, выйдя с террасы, поцеловал леди Мэри руку. Я тогда подумала, что он ее все еще любит, понимаете? Но теперь я думаю, что это была с его стороны всего лишь дань вежливости в ответ на ее сообщение о том, что она в скором времени намерена выйти замуж.
— Кейт! Вы в самом деле думали, что Адриан влюблен в леди Мэри? — поразился Гарри. — Вы что, ненормальная?
— У меня были все основания так думать, Гарри. Как-никак, до того как его вынудили жениться на мне, Адриан собирался вступить в брак именно с леди Мэри. Так что вполне логично было предположить, что он все еще к ней неравнодушен.
— Адриан в самом деле влюблен, но отнюдь не в леди Мэри, — раздельно произнес Гарри.
— Вы считаете, что он влюблен в меня? Вы в самом деле считаете, что это возможно? — спросила я, глядя на Гарри, словно щенок, которому посулили что-то очень вкусное.
— Кейт, — заговорил Гарри, бросив на меня такой взгляд, словно действительно имел дело с идиоткой, — мой брат от вас глаз отвести не может. Он ходит как околдованный. Я просто не могу поверить, что вам об этом неизвестно.
Я молчала. Мне ужасно хотелось верить Гарри, но в то же время я боялась, что он может и ошибиться.
— Боюсь, он слишком сердит на меня, — заговорила я наконец. — Сейчас он злится на меня, потому что из-за меня вас чуть не убили. Но еще до этой истории со Стейдом он был на меня достаточно зол. Нам надо было сразу рассказать ему о нашем расследовании обстоятельств гибели моего отца. Адриана вывело из себя прежде всего то, что мы держали его в полном неведении.
— Вы преувеличиваете, Кейт, — заметил Гарри.
— Нет, — мрачно возразила я. — Я вовсе не преувеличиваю. Когда я попросила его съездить вместе с нами в жокейский клуб, он отказался. Адриан сказал, что мы в нем не нуждаемся, поскольку до последнего момента прекрасно обходились без него.
Гарри потер пальцами свой точеный нос.
— Ну, если даже это не открыло вам глаза, — пробучал он, — то я уж тогда не знаю, чего вам еще надо.
— Что вы имеете в виду?
— Господи Боже, Кейт! Вы только подумайте о том, что вы только что мне рассказали. Адриан за всю свою жизнь никогда не бывал раздраженным и никогда ни на кого не обижался. Это вы его к этому вынудили.
Я еще раз прокрутила в памяти нашу с мужем ссору, и в мозгу у меня словно сверкнула молния.
— А вы знаете, — задумчиво проговорила я, — мне даже показалось, что он слегка приревновал меня к вам.
Гарри озадаченно уставился на меня.
— Он как-то заметил, что мы с вами два сапога пара, — пояснила я. — А потом, когда я жаловалась ему на лорда Барбери, который позволил Стейду сбежать, он сказал, что мне лучше поделиться своим ребяческим возмущением с вами, а он слишком взрослый человек, чтобы реагировать на это подобным образом.
Гарри снова потер пальцами нос.
— Ну, учитывая, что я почти всю жизнь ревновал кого-нибудь к Адриану, — довольно сказал он, — мне даже приятно, что мы с ним в кои-то веки поменялись ролями.
— Что касается вас и Адриана, то дело вовсе не в ревности, — возразила я. — Вы любите его и восхищаетесь им, а это нечто иное, нежели ревность.
— Разумеется, я люблю его и восхищаюсь им, — произнес Гарри и поднял бровь. — Но с ним очень трудно тягаться, Кейт.
— Я как-то сказала Адриану, что вы очень хотите быть таким же, как он, но не знаете, как этого добиться.
— И что он вам на это ответил? — спросил Гарри, искоса взглянув на меня.
— Он сказал, что вы не должны пытаться быть таким, как он, и что было бы гораздо лучше, когда бы вы стремились быть самим собой.
— Это на него очень похоже, — сказал Гарри, задумчиво улыбнувшись.
— Он в самом деле так думает, Гарри. И он прав.
— Я знаю.
— И потом, Адриану несладко приходится, — заметила я.
Гарри в ответ бросил на меня скептический взгляд. Тогда я посмотрела на лежащую на полу газету «Морнинг пост» и сказала:
— Однажды он спросил, знаю ли я, сколько смертей на его совести.
Я слышала, как из груди Гарри после этих моих слов вырвался возглас удивления, но так и не оторвала взгляда от газеты. В эту минуту я со страхом размышляла о том, не предаю ли я Адриана, передавая Гарри содержание нашего с ним давнишнего разговора. В конце концов я пришла к выводу, что Гарри полезно лучше узнать своего старшего брата.