- Успокоительное, - пояснила довольная девушка, забирая обратно стакан. – С моей работой без него никак.
Я благодарно кивнула, чувствуя, что тугой комок в груди медленно таял. И действие трав тут сыграло далеко не главную роль.
- Ты очень вовремя со своей настойкой, - честно призналась девушке, которая сейчас внимательно рассматривала меня.
- Не стоит, я рада, что встретила тебя. Ты из-за повышения так реагируешь, или есть свои причины?
Я непонимающе замерла.
- Какого повышения?
Мы уставились друг на друга, одновременно пытаясь понять, что каждая из нас имеет в виду.
- Хм. Я же точно верно все прочла, - пробормотала секретарь, и полезла куда-то в стол.
- Я же не просто так ошивалась поблизости, - бурчала она тем временем, выуживая какие-то документы, - пришел приказ, и нужна была твоя подпись… Я решила не отправлять его в ваш отдел, а дать тебе подписать его здесь, чтоб было быстрее… Даже решила, что ты поэтому явилась к Высокородному… Я не могла напутать! Вот, сама почитай!
Она отдала мне в руки документ, и я впилась глазами в строчки. Чем больше читала, тем шире распахивались мои глаза, и тем больше я начинала понимать ситуацию. Хреновую ситуацию, если уж честно.
Приказ, который мне так любезно предоставили, гласил, что с этого дня я назначаюсь непосредственным начальником ОБП. А Говард Высокий занимает освободившуюся должность. То бишь – мою.
Вот и, мать его, все. Бумажка была донельзя официальной, а внизу красовалась размашистая подпись Старгиса.
- Вам на работу пришло уведомительное письмо еще рано утром, - забивая последний гвоздь в мою крышку гроба, проговорила Эвелина, - поэтому я была уверена, что ты в курсе.
Я в курсе не была. Но Высокий однозначно был.
Вот что значили его странные разговоры и вопросы утром. И это дурацкое «счастливо»! Почему он мне не сказал? Я бы могла… Эм… А что я могла?
Пришлось задуматься. Отказаться? Едва ли. Даже если мне совершить подобную глупость, вряд ли Высокородный тут же вернет все как было. Он просто подыщет другого мага на должность начальника. И не факт, что из нашего отдела.
Да и отказываться я не собиралась. Какого черта?! Я шла к этому всегда, работала, чтобы стать независимой ни от кого, даже от Высокого… Да, он отдал мне большую часть своих полномочий, но последнее слово всегда было за ним. И я всегда хотела на его место. Только вот думала, что это случиться лет через десять… И при других обстоятельствах.
Но сообщить мне стоило. Да, не отказалась бы, но объяснилась. Хотя он, вроде, понял, что я ничего не знаю об этом… Но к чему тогда «счастливо», ведь он остается, только уже на моей должности!
Первым порывом было вернуться к Старгиру, и узнать, с чего вдруг он решил поменять нас местами. Но я крепко запомнила, что ничего объяснять он мне не должен. К тому же после сегодняшнего видеться с ним вообще не хотелось…
- Эй, - Эвелина пощелкала передом ной пальцами, - ты чего зависла? Еще успокоительного?
Я встряхнулась.
- Нет, ничего не нужно, спасибо. Давай, я подпишу, и побегу. У меня еще дела…
Девушка показала, где поставить подпись, и убрала лист в ящик стола. Затем внимательно посмотрела на меня.
- Слушай, не знаю, почему ты плакала, но мне очень жаль. Правда. Вот, - она достала визитку, и протянула мне, - звони, если что, кофе попьем. Или чего покрепче.
Я тепло улыбнулась, с радостью принимая визитку. Девушка вызывала теплые, положительные эмоции, и мне хотелось продолжить общение.
А на работе меня ждал кошмар. Дело было даже не в том, что Высокий собрал вещи, и ушел, не пожелав занимать мою должность. Он лишь написал заявление, где увольнялся по собственному желанию, и уехал, не дождавшись меня.
Настоящий сюрприз мне преподнесла ворвавшаяся в кабинет, вся в слезах и на эмоциях… Оливия!
- Как ты могла?!
Вот я что я услышала через ее всхлипывания и нервную дрожь.
- Что я могла? Лив, что случилось? Кто тебя обидел?!
В голове было целых ноль предположений, что могло так потрясти всегда сдержанную подругу.
Ничего толкового она произнести не могла, лишь рыдала, всхлипывая и утирая нос. Промаявшись, я вытащила из кабинета шефа бутылку коньяка, откупорила, и щедро плеснула в стакан.
- Пей! – не прося, а приказывая, сказала я.
На удивление, Оливия живо осушила стакан, и тяжело задышала. Рыдания поутихли.
- Теперь рассказывай, что случилось?
Подруга подняла на меня налитый горем взгляд.