Черт, вот скажите, почему эта фраза заставила мое лицо немедленно покраснеть?! Предательское тело.
- Мисс? – он уставился на меня тяжелым взглядом.
Я сглотнула.
- Есть… мне хочется есть.
И ведь правду сказала, есть я хотела! Правда, на втором месте…
Старгис кивнул.
- Да, я тоже испытываю… Голод, - он внимательно прошелся по моему телу глазами, и я очень засомневалась, что он о еде, - поехали?
- Поехали, - выдохнула, пристегиваясь.
Нужно поменьше думать о сексе. Хотя, когда рядом этот мужчина, получается это с трудом…
Недоотношения
Следующие две недели пролетели так быстро, словно кто-то перевернул страницу моей жизни, не вчитываясь в слова. Я по-прежнему обитала в особняке Старгиса – Эван лишь раз сопроводил меня в мою квартиру, где я быстро собрала вещи, навела порядок, я перекрыла воду с газом.
Это между нами даже не обсуждалось. Было странно, ведь еще месяц назад я бы точно не пошла жить к чужому магу в дом, сложись хоть какая ситуация. А тут я просто сообщила Старгису, что мне нужны мои вещи, и он на следующий день после работы завернул машину ко моему дому. И знаете, даже спорить не хотелось.
Прислуга в особняке Эвана ко мне, казалось, привыкла, и даже начала учитывать мои вкусы при составлении меню. Мне было сперва крайне неудобно диктовать им блюда, но, когда Старгис подчеркнул, как ему понравилось появившееся разнообразие в меню, стала увереннее. Вообще жить в доме с прислугой круто, как ни крути. Я старалась не думать, что мне придется отвыкать от этого, когда я вернусь к себе.
По идее, все мои вещи хранились в гостевой, где и должна была жить я все эти две недели. Но на деле – каждую ночь я проводила в спальне Эвана. И это не было лишь моей прихотью! Просто на вторую ночь, когда я лежала у себя, ворочаясь и не находя удобного положения для сна, дверь отворилась, и в спальню шагнул Высокородный.
- Эван?
Хотелось спросить, что он тут делает, но не стала. Пусть он тут занимается чем хочет, только бы не покидал мою спальню!
- Пакостница, я долго буду ждать? Шоколад поломан, бутылка открыта, виски остывает… Давай бегом ко мне!
Подскочив, я в одной его футболке мигом рванула к нему, даже не подумав постесняться своего порыва. Он ждал меня! Явился, и даже немного раздраженный, оттого, что я не пришла. Черт, такая глупость, но как же мне это было приятно!
Эван тут же поймал меня в свои руки, и поднял за ягодицы, заставив обхватить себя ногами. Так и унес к себе – не боясь встретить по пути слуг, останавливаясь по пути, чтобы поцеловать, и потискать, разгоняя кровь по телу.
- Мы так сопьемся, - хихикала я час спустя, когда мы наконец чуть-чуть утолили голод друг другом, и Эван принес виски в постель.
- От половины бокала перед сном ничего не будет, - шептал мужчина, убирая мне волосы за ухо. Это, оказывается, мое гиперчувствительное место, о котором я и сама не знала. А Эван им в наглую пользовался! – И можешь не переживать об этом, цветочек. Мне просто нужно было заманить тебя в свою спальню, и алкоголь помог в этом лучше всего!
Я пихнула Высокородного в бок, а он тут же отобрал бокал, отставил его на столик, и утянул меня на себя. Я лишь счастливо застонала, позволяя ему все!
Все оставшиеся ночи я заглядывала в гостевую, чтобы захватить одежду, а затем возвращалась к мужчине, что непременно меня ждал. И каждый раз я отпихивала разумные мысли об осторожности подальше, все больше доверяя и утопая в Эване.
Работа почти не двигалась. Старгис дал доступ в архив Совета, и я часами проводила теперь там, копаясь в пыльных документах, и выискивая хоть малейшее напоминание о ритуале. Но все, что удавалось найти, мы знали итак. Очевидно было одно – я должна стать следующей жертвой, а когда и как – мы не знали. И, делая бесполезную работу, я все больше осознавала, что пытаюсь этим взять ситуацию под контроль и перебороть страх. Что получалось довольно плохо.
А еще Оливия. Девушку как подменили – она не выходила на работу, и на мои звонки отвечала ее дочь. Малышка с радостью общалась со мной, говорила, что мама устала, а с ней большую часть дня сидит бабушка. Подруга лишь раз взяла телефон – когда я пригрозила, что сейчас приеду. Мы поговорили очень холодно, и Оливия сказала, что хочет отдохнуть, и подумать. О чем речь, отпуск она заслужила как никто другой. Только вот душа моя ныла и требовала как можно скорее помириться с напарницей.
Все выходные я провела в архиве, на что Эван со злостью сказал, что на следующие мы не идем на работу. И я была рада оставить дела, только вот ощущение, что скоро меня найдут, только усиливалось.
Высокий так и не объявился. Я спрашивала об этом Оливию, пыталась до него дозвониться, даже поговорила с коллегами, которых он подпускал к себе ближе… Но, черт, никто не знал, куда и зачем он отправляется! Эван молчал, видя мои терзания, и я была ему за это благодарна. Да, Говард сейчас подозреваемый номер один, но он был моим другом… Пока не будет прямых улик, я старалась не допускать мысли о его виновности.