- Что?
- То! Убить тебя под носом Высокородного я не могла, поэтому терпеливо высиживала, зная, что рано или поздно ты вернешься. Правда, защиту поставили тебе такую, будто драгоценность охраняют, - она поморщилась, - но главное, я вошла, поэтому…
Она предвкушающе улыбнулась, и взяла в руки нож. Повертела им, погладила лезвие… Похоже, они сроднились с этим орудием. Потом тряхнула головой, и пошла ко мне.
Страха не было. Почему-то было все равно, лишь беспокоила мысль, что там, внутри меня, развивается жизнь… Может, стоило сказать об этом Оливии? Она ведь любит свою дочь, может, и меня пощадит…
- Оливия, остановись, - голос от двери кухни был сейчас как дождь в пустыне, принося долгожданное облегчение.
Высокородный. Стоит, сжимая кулаки, и не смотрит на меня, лишь на Оливию. Взгляд скользит по девушке, осторожно ощупывает ее лицо, и опускается к ножу. На лице мелькает понимание.
Оливия резко оборачивается, и сжимает зубы. Видно ярость, скрываемую под маской безразличия. Она в бешенстве, что нам помешали.
Только вот девушка слишком близко ко мне. Мгновение – и у моей шеи застывает лезвие ножа. Я дергаюсь, но не сильно, понимая, что сейчас ничем не смогу себе помочь.
- Только шаг, Высокородный, и я убью ее.
Старгис сильнее сжимает кулаки.
- Ты итак ее убьешь, Оливия, так зачем все усложнять? Выслушай меня, возможно, я смогу помочь.
- Ага! Вы все мастера помогать, когда вам что-то надо! – истерично взвизгнула женщина.
Она металась, соображая, что ей делать. Убьет меня – и тут же Высокородный сотрет ее в порошок, не давая завершить ритуал. А не убить не может, ведь тогда ее возьмут с поличным, и расплата за пять убийств… А с Высоким шесть… Вряд ли тут будет что-то лучше смертной казни.
- Послушай меня, Оливия, - почти приказал Эван, делая шаг вперед. Он включил свой властный магнетизм, что заставлял людей вокруг него со страхом выполнять слова и подчиняться, - твой кинжал в руке – потерянный когда-то «Проклятый воин»… Это вещь в ранние века заставляла магов творить безумства. Скорее всего, нет никакого ритуала, вообще. Просто кинжал пропитан жаждой убивать, вот и играет на твоих чувствах, заставляя подчиняться ему. Оливия, поверь мне, тебе нечего бояться. Если это то, о чем я думаю, приговор к тебе смягчат, и очень весомо. Тебя не убьют, а лишь дадут срок исправления…
Нож дрогнул у моей шеи. Это не ускользнуло от внимания Старгиса.
- Но если ты сейчас тронешь Блур, я убью тебя, - вдруг угрожающе прошипел он, - поверь, я отниму этот кинжал, и позволю завладеть ему моей яростью. Твоя смерть будет долгая. Мучительная. Желанная. Подумай хорошенько перед тем, как выбрать для себя нужную сторону.
Оливия затряслась от того скрытого гнева и непреклонности, что явственно звучала в голосе Высокородного. Я закрыла глаза, понимая, что напряжение в комнате достигло максимального уровня. Скорее бы все закончилось! Живот дергало все сильнее, и я мечтала оказаться в безопасности, а в самое ближайшее время – в больнице.
- Нет! – закричала вдруг Оливия, и сжала мое плечо одной рукой, - ты врешь! Вы все – мужчины – нагло врете, для своей выгоды! Я не отпущу ее, она последняя я почти у цели… Всевышний со мной!
Я распахнула глаза, и успела увидеть, как девушка занесла руку с ножом, чтобы воткнуть в меня его. Следующее мгновение, молниеносная вспышка – и она уже мягко оседает на пол, выпустив кинжал из расслабленной ладони. Старгис без эмоций отодвигает ее подальше от меня, и задумчиво произносит, глядя на бесчувственное тело:
- Что ж… Я дал ей шанс. Она им не воспользовалась. Глупо, очень глупо.
А я смотрела на спокойное лицо мужчины, и не могла поверить, что все кончено. Веревки, поддерживаемые магией Оливии, ослабли, и я попыталась выпутаться из них.
- Тище-тише, - Эван опустился на корточки у моих ног, и начал сам распутывать меня, - я помогу. Тебе пока лучше не шевелиться. Она не успела причинить тебе вред? Ты очень бледная…
Он с беспокойством заглянул мне в глаза, освободив от веревок. А я лишь отрицательно помотала головой. Хотела спросить, как он умудрился прийти на помощь так вовремя, но нас прервали. В мою маленькую кухню неожиданно повалил народ, да в таком количестве, что я испугалась за сохранность мебели.
- Что так долго! – перед моим лицом возник Джексон, оглядывая нас со Старгисом, - мы уже хотели заходить без сигнала! Зачем ты с ней болтал?
- Хотел дать возможность самой отпустить мисс Блур, - раздраженно ответил Эван. Он выглядел очень недовольным, что нас прервали. – Кинжал околдовал ее, и, когда она очнется, будет жалеть о содеянном.