‒ Ну, здравствуй, Ева. Пригласишь присесть или убежишь снова? Учти, на это раз сбежать не получится.
Снял пальто и сел на стул.
Ева изменилась. Сильно. Той девочки, которая внимательно слушала каждое мое слово, уже не было. Вместо нее появилась другая, сильная и независимая, готовая на многое. И мне нужна была ее помощь. Позарез. Никому другому я не был готов доверить свою дочь, кроме нее. Вместо того, чтобы поговорить нормально, по-человечески, я переключился на шантаж. И сам не успел понять, как это получилось. Я лишь хотел предложить ей помощь в ее деле, если бы она снова заупрямилась.
‒ Хорошо, я согласна, но после всего ты исчезнешь из моей жизни навсегда, как и восемнадцать лет назад. И на этот раз можешь себя не утруждать составлением длинного письма. Начиталась вдоволь. И я угощаю, благо деньгами ты обеспечил меня еще тогда, ‒ меня так шокировали ее слова, что я застыл.
Прокручивал в голове то, что она наговорила, и не понимал, о чем речь. Да, письма я ей писал, но коротко объяснял причину своего отъезда. И ни о каких деньгах речи и не было. Но вопросов задавать уже было поздно. В ушах за звенел ее голос, еще более ледяной, что был до этого:
‒ Если ты сейчас же не уберешь с моей дороги своего ручного пса, я обещаю, проведу операцию твоей дочери идеально, даже швы сама наложу, но при этом никто не помешает мне сделать лишний надрез или что-то перепутать вместо медсестры. Тогда твоей дочери придется мучиться всю жизнь. И ты не сможешь ни что-то доказать, чтобы обвинить меня, ни чем-то помочь ей, чтобы облегчить ее страдания.
И я понял, что наделал дел, наломал дров, что хватит на ледниковый период. Смахнул со стола все, что на ней было, от злости на самого себя. Дал знак охраннику, чтобы не смел ее задерживать. Ей надо успокоиться. Да, я добился того, зачем явился сюда, но на душе было скверно. Надо будет поговорить с ней и все объяснить.
Но сделать это оказалось труднее, намного труднее, чем я себе представлял…
Глава 18
Ева
Москва встретила меня приветливо. Не помнила, сколько лет здесь не была, но желания вернуться обратно у меня не возникло. Он манил, предлагая и суля все блага, но… Я попрощалась с этим городом еще тогда, когда «сбегала» от того, с чем должна была смириться. Но первый раз так меня спугнул, что с этим городом дружить у меня в дальнейшем не получилось. Теперь я тешила себя лишь воспоминаниями о том случае, стараясь исключить свою вину в произошедшем…
Не стала заезжать в гостиницу, где остановился Даниил, сразу поехала на встречу с Леной. Он освобождался только через пару часов. В первую очередь надо было решить дела, затем уже можно и расслабиться, не думать о работе. Чем быстрее все это закончится, тем скорее Чернов исчезнет из моей жизни.
Пришлось включить навигатор, мне не хотелось петлять по улицам, которые за время успели стать для меня неузнаваемыми. Город менялся с каждым днем. Доехала до нужного кафе с опозданием на несколько минут. Лена сидела внутри и ковыряла вилкой в салате.
‒ Раньше ты на отсутствие аппетита не жаловалась, ‒ видимо, в жизни Лены не все гладко или она просто заскучала, пока ждала меня.
‒ Надо было успеть поесть до того, пока кое-кто не нападал на еду и не оставлял ни крошки для других, ‒ вспомнив годы студенчества, мы обе засмеялись.
Мы обнялись и сели рядом на один диванчик. Лена была тем человеком, который всегда присутствовал в моей жизни. Но случись что, она бы первая примчалась на помощь. Хоть мы и общались не так часто, как хотелось бы. Но я знала, что всегда могу положиться на нее в любом вопросе.
‒ Давай без соплей, мы же обе этого не любим, ‒ подруга была в своем репертуаре. ‒ Что за дело у тебя ко мне?
‒ Надо оперировать одну девочку, у нее транспозиция внутренних органов. Отец с нее пылинки сдувает. И на многое пошел, чтобы именно я ее прооперировала. В неоднозначных случаях меня всегда страховал наш главврач, но не в этот раз. Вот я и приехала за тобой, ‒ Лена смотрела на меня в упор, пока я объясняла ей что к чему.
‒ Только дело не в необычной девочке, и не в расположения печени или почки не в том месте… ‒ от нее невозможно было что-то скрыть.
‒ Мы же стараемся избегать операций над родными, считай, что тут похожий случай, ‒ мне не хотелось даваться в подробности, но Лена была иного мнения.
‒ Значит, все дело в его отце, ‒ она даже не задала вопрос, просто называла то, в чем была уверена. ‒ Громова, рассказывай всё. Иначе я могу и передумать поехать в твое захолустье.