Я закрыла глаза.
Он целовался так, как я совсем не ожидала. Совсем не как нелепый заикающийся ботаник. Он целовался уверенно, умело, горячо. Его язык коснулся моих губ, и я приоткрыла рот, впуская его.
Мир исчез. Остались только его губы, его вкус, его тепло.
Потом он отстранился.
Посмотрел на меня сверху вниз. Его глаза были тёмными и нечитаемыми.
- Т-ты замёрзла, - сказал он хрипло.
- Что?
- З-замёрзла. - Он встал, протянул мне руку, поднял. Поправил свои дурацкие очки. - Т-тебе надо д-домой.
Я стояла и смотрела на него. Губы горели. Сердце колотилось.
- Женя…
- П-пойдём. - Он взял меня за руку - крепко, уверенно - и повёл к дому. - У-уже поздно.
Всю дорогу мы молчали.
У подъезда он остановился.
- С-спасибо за в-вечер, - сказал он тихо.
- Спасибо тебе.
Он кивнул. Развернулся. Пошёл прочь.
Я смотрела ему вслед и касалась пальцами своих губ.
Они всё ещё горели.
Глава восьмая
Глава восьмая
Маша позвонила в субботу утром.
- Ева! У меня день рождения в пятницу! Ты идёшь!
- Куда?
- В «Бардак»! Это клуб на Молодежной. Самый крутой на острове. Там такой вид с крыши - весь город как на ладони! И музыка отличная, и коктейли!
Я засомневалась. Клубы - это не совсем моё. Громкая музыка, толпы людей, мигающий свет.
- Маша, я не знаю…
- Никаких «не знаю»! Тебе девятнадцать, ты уже живёшь на Сахалине , и ты ни разу не была в нормальном клубе! Это преступление!
Я рассмеялась.
- Ладно. Приду.
- Отлично! В десять вечера. Оденься красиво!
Она повесила трубку, а я осталась сидеть на кровати и думать о том, что у меня нет ничего «красивого» для клуба.
И ещё - о поцелуе.
Прошло три дня, а я всё ещё думала об этом.
О том, как Женя оказался надо мной. О его глазах без очков - тёмных, глубоких. О его губах - тёплых, мягких, уверенных.
О том, как он целовался.
Это не укладывалось в голове. Нелепый, заикающийся Женя в мешковатом худи - и этот поцелуй. Глубокий. Умелый. От которого у меня до сих пор подгибались колени.
Он не звонил.
Три дня - и ни одного звонка, ни одного сообщения. Как будто ничего не было. Как будто мне всё приснилось.
Может, и правда приснилось?
Я касалась губ пальцами и вспоминала его вкус. Нет. Не приснилось.
Но тогда - почему он молчит?
В пятницу я начала собираться за три часа до выхода.
Перемерила всё, что было в шкафу. Джинсы - слишком обычно. Юбка - слишком холодно. Платье - есть одно, чёрное, которое мама купила мне на выпускной.
Я надела его и посмотрела в зеркало.
Платье было простым - чёрное, облегающее, чуть выше колена. Но сидело хорошо. Подчёркивало талию, открывало ключицы.
Волосы я решила оставить распущенными. Вся эта копна белокурых кудрей - пусть будет. В конце концов, это единственное, что во мне есть по-настоящему красивого.
Хотя Женя сказал…
Стоп. Не думать о Жене.
Я накрасилась - немного туши, немного блеска для губ. Надела серёжки - маленькие серебряные звёздочки, подарок от Алисы на прошлый день рождения.
- Ева? - мамин голос из коридора. - Можно?
- Да, заходи.
Мама открыла дверь и замерла.
- Боже мой, - сказала она тихо. - Какая ты красивая.
- Мам, перестань.
- Нет, правда. - Она подошла, поправила мне волосы. - Ты такая взрослая стала. Когда это случилось?
Я улыбнулась.
- Пока ты не смотрела.
Мама обняла меня. Крепко, тепло.
- Повеселись, ладно? Ты заслуживаешь.
- Постараюсь.
Она отстранилась, посмотрела на меня.
- И если познакомишься с кем-нибудь интересным…
- Мам!
- Что? Я просто говорю! - она рассмеялась. - Ладно, ладно. Иди собирайся.
Я вышла из комнаты и пошла на кухню - взять воды перед выходом.
И остановилась в дверях.
Сергей сидел на стуле у окна. Мама проходила мимо него - и он вдруг протянул руку, поймал её за талию, притянул к себе.
- Серёжа, - мама рассмеялась, - что ты делаешь?
- Обнимаю свою женщину, - сказал он. - Имею право.
И поцеловал её.
Я стояла и смотрела. Не могла отвести глаз.
Они целовались - нежно, медленно, как люди, которые любят друг друга. Сергей держал маму за талию, она обнимала его за шею. Его хищное лицо было мягким, почти нежным. И мама - моя вечно грустная мама вся светилась.
Я тихо отступила назад.
Пусть. Пусть у них будет этот момент.
И пусть у меня когда-нибудь тоже будет такое.
Кто-то, кто будет ловить меня за талию посреди кухни. Кто-то, от чьих поцелуев я буду светиться.