Аэропорт встретил меня гулом голосов.
Новый терминал - тот самый, которым я восхищалась, когда прилетела сюда месяц назад - сейчас казался огромным и враждебным. Стеклянные стены, высокие потолки, толпы людей.
И среди этих толп - особенная толпа.
Девушки. Сотни девушек. С плакатами, с фотографиями, с телефонами наготове. Они столпились у входа в зону вылета и скандировали.
- TJ! TJ! TJ!
- Мы любим тебя!
- Тэджун, выйди к нам!
Фанатки.
Они ждали его.
Я протискивалась сквозь эту массу людей. Локтями, плечами - как могла. Кто-то возмущался, кто-то толкал в ответ, но мне было всё равно.
- Эй, ты куда прёшь? - какая-то девушка схватила меня за рукав. - Тут все стоят, а ты лезешь!
- Пусти!
Я вырвалась и побежала дальше.
VIP-зона была отгорожена бархатными канатами. Охрана в чёрных костюмах стояла стеной - четверо здоровенных мужчин с каменными лицами.
- Сюда нельзя, - сказал один из них, преграждая мне путь.
- Мне надо к нему. К TJ. Пожалуйста.
- Сюда нельзя. Отойдите.
- Это важно! - я попыталась обойти его. - Пожалуйста, передайте ему, что пришла Ева. Ева Валевская. Он знает, кто я.
Охранник посмотрел на меня - равнодушно, оценивающе.
- Девушка, вы третья за сегодня, кто говорит, что он её знает. Отойдите.
- Но я правда…
- Отойдите.
Он мягко, но настойчиво отодвинул меня в сторону.
Я стояла и смотрела на закрытую дверь VIP-зоны.
Там. Он там. За этой дверью. В нескольких метрах от меня.
И я не могу до него добраться.
Я не знаю, сколько простояла так.
Пять минут. Десять. Толпа фанаток за моей спиной гудела, скандировала, визжала. Охранники стояли неподвижно.
И тут - дверь открылась.
Вышел мужчина в костюме. Один из тех, что были утром в номере. Он что-то сказал охраннику, тот кивнул.
И мужчина посмотрел на меня.
- Вы Ева Валевская?
Сердце подпрыгнуло.
- Да. Да, это я.
- Пройдёмте.
Он отодвинул канат и жестом пригласил меня внутрь.
Я шагнула - и услышала за спиной возмущённый гул толпы.
- Эй, почему её пускают?!
- Это нечестно!
- Кто она вообще такая?!
Дверь закрылась, отсекая шум.
VIP-зона была тихой и пустой.
Мягкие диваны, приглушённый свет, кофемашина в углу. Никаких толп, никаких криков. Только тишина.
И он.
Тэджун сидел в кресле у окна, глядя на лётное поле. На нём было чёрное пальто, тёмные брюки, дорогие ботинки. Волосы уложены идеально. Профиль - острый, красивый, нечеловеческий.
Вокруг него - трое мужчин в костюмах. Охрана. Команда.
Он не повернулся, когда я вошла.
- Оставьте нас, - сказал он.
- Но, TJ… - начал один из мужчин.
- Оставьте нас.
Его голос был ровным, но в нём была сталь. Люди переглянулись и вышли. Дверь закрылась.
Мы остались одни.
Он по-прежнему не поворачивался. Смотрел в окно, на самолёты, на серое небо.
- Зачем пришла?
Голос холодный. Равнодушный.
Я стояла посреди комнаты и чувствовала, как внутри всё дрожит. От злости. От боли. От чего-то ещё, чему я не могла дать имя.
- Посмотри на меня, - сказала я.
Он не двинулся.
- Посмотри на меня, Тэджун.
Пауза. Долгая.
Потом он встал. Развернулся. Посмотрел на меня.
Его лицо было маской. Идеальной, красивой, мёртвой. Никаких эмоций. Никакой жизни.
- Ну? - сказал он. - Я смотрю. Дальше что?
Я подошла ближе. Ещё ближе. Пока не оказалась прямо перед ним.
И ударила его по лицу.
Со всей силы. Ладонью. Звук получился громкий, резкий - как выстрел в тишине.
Его голова дёрнулась в сторону. На щеке начал проступать красный след.
Он медленно повернулся обратно. Посмотрел на меня.
Всё так же холодно. Всё так же равнодушно.
- Это всё? - спросил он.
- Нет, - выдохнула я. - Это не всё.
Я отступила на шаг. Мне нужно было расстояние. Нужен был воздух.
- Я не получила твоего письма вовремя, Женя - сказала я. Голос дрожал, но я не позволяла себе остановиться. - Записку. Ты подсунул её под дверь. А я нашла её только сегодня утром. После того, как…
Я запнулась.
- После того, как вернулась от тебя.
Он молчал. Стоял неподвижно, как статуя.
- Ты всё это спланировал, да? - продолжала я. - Притворялся нелепым ботаником. Заикался. Носил эти дурацкие очки. Смотрел, как я реагирую. Проверял меня.
Ничего. Ни слова.
- И я провалила твою проверку, - я усмехнулась горько. - На катке убрала руку, когда подруги смеялись. Постеснялась тебя - нелепого, странного. А потом пошла к тебе - настоящему. Красивому. Знаменитому. И отдала тебе себя.
Мой голос сорвался.
- Ты был моим первым, Тэджун. Моим первым мужчиной. Ты это знал. Я сказала тебе. И ты всё равно…