- Спасибо, - сказала я осторожно.
- Знаешь, - она наклонилась ближе. Положила руку мне на колено. - Я думала о нас. О наших… отношениях.
- Каких отношениях?
- Ну, мы ведь начали не с той ноги, правда? - она вздохнула. - Я говорила тебе ужасные вещи. В туалете, помнишь? Называла тебя… - она поморщилась, - нехорошими словами.
Потаскуха. Захватчица. Я помнила.
- Но теперь, - продолжала она, - теперь всё изменилось. Ты носишь ребёнка Тэджуна. Ты - часть семьи. И я… - она улыбнулась, - я хочу начать сначала.
Она протянула мне руку.
- Давай дружить, Ева. По-настоящему. Без этой глупой вражды, без ревности, без обид. Что скажешь?
Я смотрела на её руку.
На эти тонкие пальцы с идеальным маникюром. На эту ладонь - протянутую мне, как оливковая ветвь.
- Почему? - спросила я. - Почему сейчас?
- Потому что поняла - ты победила. - Она сказала это просто, без горечи. - Тэджун любит тебя. Выбрал тебя. Будет с тобой. Я могла бы продолжать бороться, но… - она пожала плечами, - зачем? Это бессмысленно.
- А твоя помолвка?
- Формальность. - Она отмахнулась. - Наши семьи договорятся. Найдут мне другого жениха. Я не в обиде.
Она снова протянула руку.
- Так что, Ева? Друзья?
Я смотрела на неё.
На это фарфоровое личико. На эти большие глаза - невинные, открытые.
И не верила ни единому слову.
Но что я могла сделать?
Отказать? Устроить сцену? Здесь, в этом доме, где я была гостьей?
- Хорошо, - сказала я. - Друзья.
И пожала её руку.
Мин Джи улыбнулась. Широко, радостно.
- Замечательно! - она захлопала в ладоши. - Я так рада! Знаешь, мы можем вместе ходить на прогулки. Вместе смотреть дорамы. Вместе готовиться к приезду Тэджуна!
Она щебетала и щебетала - о платьях, о детских вещах, о том, как здорово будет, когда малыш родится.
А я сидела и слушала.
И чувствовала - как сжимается что-то внутри.
Волчья нора.
Я в волчьей норе.
И волки - волки улыбаются мне. Говорят сладкие слова. Предлагают дружбу.
Но я помню - помню их зубы.
И знаю - рано или поздно они покажут их снова.
Глава тридцать вторая
Глава тридцать вторая
Дни тянулись - медленно, вязко, как патока.
Я жила в этом доме уже десять дней. Десять дней улыбок, заботы, сладких слов. Десять дней, когда Юна приносила мне завтрак в постель, а Мин Джи предлагала вместе посмотреть дорамы. Десять дней, когда все вокруг были невыносимо, пугающе милыми.
И я сходила с ума.
Медленно. Тихо. Незаметно для окружающих.
Потому что я знала - знала каждой клеточкой тела - что это ложь. Что за этими улыбками скрывается что-то. Что они ждут чего-то. Готовят что-то.
Но не могла понять - что.
И это было хуже всего.
Утро начиналось одинаково.
Стук в дверь - мягкий, деликатный. Юна входила с подносом - фрукты, йогурт, свежевыжатый сок, витамины. Ставила на прикроватный столик. Садилась рядом.
- Как ты спала, милая? - спрашивала она. - Малыш не беспокоил?
Малыш. Она называла моего ребёнка «малышом». С нежностью. С теплом.
Того же ребёнка, которого две недели назад называла ублюдком.
- Хорошо, - отвечала я. - Спасибо.
- Ты бледненькая сегодня. - Она касалась моего лба - прохладными пальцами, осторожно. - Может, доктора вызвать?
- Не нужно. Я в порядке.
- Ты уверена? - её глаза - тёмные, внимательные - изучали моё лицо. - Мы можем вызвать лучшего специалиста. Деньги не проблема.
Деньги не проблема.
Конечно.
Для неё - ничего не было проблемой. Кроме меня. Кроме моего присутствия в жизни её сына.
- Я уверена, - говорила я. - Спасибо за заботу.
Она улыбалась. Гладила меня по руке.
- Отдыхай, милая. Если что-то понадобится - только позови.
И уходила.
А я лежала в этой огромной кровати, в этой красивой комнате, и смотрела в потолок.
И думала - что они задумали?
Мин Джи приходила после обеда.
Каждый день. Без исключений. Будто это было её работой - развлекать беременную соперницу.
Она приносила журналы - глянцевые, яркие, с последними новостями моды. Приносила сладости - конфеты, пирожные, которые я не могла есть из-за токсикоза. Приносила себя - свою болтовню, свои улыбки, своё присутствие.
- Смотри, какое милое платье! - щебетала она, листая страницы. - Тебе бы пошло. Хочешь, закажем?
- Нет, спасибо.
- А это? Смотри, для беременных. Такое элегантное!
- Мин Джи, мне не нужны платья.
- Ну что ты! - она хлопала меня по руке. - Каждой женщине нужны платья. Особенно беременной. Ты должна чувствовать себя красивой!
Она говорила и говорила - о тканях, о фасонах, о том, как важно следить за собой во время беременности. А её глаза - её глаза смотрели на меня. Внимательно. Оценивающе.