Машу рукой управляющему, чтобы тот подошел ко мне.
— Чем-то могу помочь? — спрашивает он, приблизившись.
— Да, — указываю подбородком в направлении уборных. — Там дверь в женский туалет сломали. Включите, пожалуйста, в общий счет.
"Может быть, стоит вычесть сумму за замену двери из расчетных Маслова?" — мелькает в моей голове.
— Да, конечно, — управляющий рассеянно чешет рукой затылок.
Я киваю ему и выхожу из ресторана. Дождь прекратился, на улице ощутимо похолодало. Вглядываюсь в окна своей машины, но не вижу никого на переднем сидении. Подхожу ближе и распахиваю заднюю дверцу.
— Как вы тут?
— Тише Вы, — приглушенно произносит Диана. — Белова уснула. Она говорила мне, что алкоголь ее не берет, и вот, похоже, что взял.
— Понял, — я опускаюсь на корточки и рассматриваю спящую девушку. — Как она? Сильно испугалась?
— Плакала. Я предлагала ей вызвать полицию, но она отказалась. Жалеет мерзавца.
Поджимаю губы и неодобрительно качаю головой.
— Я его уволил.
— И поделом.
— Куда тебя отвезти? — спрашиваю я.
— Не надо, я вернусь в ресторан. Кто-то же должен будет выпроводить сотрудников и сдать зал, — отказывается Диана. — Да и Вы пили.
Мысленно чертыхаюсь. Точно. Что-то я часто стал все забывать последнее время. Память что ли проверить?
— Спасибо, — благодарю я Диану. После сегодняшнего вечера мнение об этой девушке начинает стремительно меняться в лучшую сторону.
Аккуратно, чтобы не разбудить Полину, меняемся с секретарем местами. Полина что-то бормочет во сне и кладет голову мне на колени. Бережно глажу ее по волосам и вызываю такси.
Глава 33. Полина
— Поля, — в мой сон пробивается тихий голос Максима Андреевича. — Просыпайся. Такси уже ждет. Пойдем.
Я приподнимаю голову и облизываю пересохшие губы. Мое сознание спутано, я не могу понять, где нахожусь и для чего мне нужно куда-то идти.
— Дай руку, — просит шеф, и я безвольно вкладываю свои пальцы в его ладонь.
Максим Андреевич помогает мне выйти из автомобиля, и меня моментально обдает холодом. Моя кожа покрывается мелкими пупырышками, я ежусь от неприятных ощущений и обхватываю себя руками, стараясь хоть немного сохранить тепло.
— Погоди-ка.
Да я никуда и не собиралась. С отрешенностью наблюдаю, как Новиков открывает переднюю дверцу, достает из машины свой пиджак и набрасывает его мне на плечи. Аккуратно придерживая за локоть, Максим Андреевич ведет меня к стоящему в двадцати метрах от нас автомобилю с черно-желтыми шашечками на крыше.
Расстояние кажется мне непреодолимым. Я с усилием переставляю ноги — они словно из свинца. Тонкие ремешки босоножек стискивают лодыжки и впиваются в кожу, мои стопы горят, точно я иду не по асфальту, а по раскаленным углям, и каждый шаг причиняет мне нестерпимую боль.
— Не могу больше, — опускаюсь на корточки и непослушными пальцами начинаю расстегивать серебристые ремешки. Сейчас мне ничего не хочется больше, чем избавиться от ненавистных каблуков, ну и еще согреться. Но сначала снять обувь.
— Тихо-тихо, — Максим Андреевич цокает языком и тянет меня наверх, заставляя подняться.
Я покорно встаю и жалобно смотрю ему в глаза, готовая расплакаться от бессилия.
— Совсем не можешь идти?
Мотаю головой и, собрав волю в кулак, трагическим голосом заявляю:
— Оставьте меня здесь.
Шеф поджимает губы, и я с ужасом понимаю, что он с трудом сдерживается, чтобы не расхохататься. Мне до слез обидно от того, что он не способен оценить мою жертву.
— Идите же! — машу рукой в сторону такси, отворачиваюсь от него и негромко всхлипываю.
— Точно? — икнув, спрашивает Новиков.
— Да! — я еще никогда не была настолько уверенной в чем-либо.
— Ну, хорошо, — шеф тяжело вздыхает и секунду спустя мои ноги отрываются от земли.
— Что Вы себе позволяете? — грозно вопрошаю я и ерзаю, поудобнее устраиваясь в его руках.
— Сиди смирно, — отрезает Максим Андреевич.
— Сейчас же опустите меня, — требую я и кладу голову ему на плечо.
— Непременно, — бормочет он и еще крепче прижимает меня к себе.
Мои мысли снова окутываются туманом. Мне так тепло и уютно, я парю, покачиваясь на мягком облачке. Я сейчас только на секундочку прикрою глаза, а потом обязательно… Что обязательно? Ай, не важно. Потом решу.