Проходит не меньше трех минут, прежде чем Полина вновь начинает говорить.
— Ты уже знаешь, что у меня есть брат, до совершеннолетия я была под его опекой. Наши родители… — девушка зажмуривается и несколько раз глубоко вдыхает в себя воздух, — я почти никому об этом не рассказываю. Вроде и понимаю, что мне будет легче, если я начну об этом говорить, но, черт возьми, как же это сложно!
Я вижу, что ей тяжело даются разговоры о прошлом. Придвигаюсь ближе и беру ее руки в свои. Полина с благодарностью сжимает мои пальцы.
— Наши родители погибли, когда мне было шестнадцать. Я так долго собиралась… никак не могла определиться какие именно вещи с собой брать, бесконечное количество раз перебирала чемодан.
— Ты винишь в этом себя? — сдавленно спрашиваю я, заглядывая Полине в глаза.
— А как по-другому? — по ее щеке катится слеза, разрывая мое сердце на куски. — Если бы я поторопилась, если бы мы выехали вовремя, то аварии бы не произошло.
— Ты не можешь быть в этом уверенной. Никто не может знать, как бы все сложилось, если бы вы поехали в другое время. Мог не погибнуть никто, а могли все, включая тебя и еще несколько десятков человек.
— Лучше бы погибла я, — шепчет Полина, судорожно впиваясь ногтями в мою ладонь.
— Не глупи, — я начинаю злиться, но с отчаянием понимаю, что мои слова вряд ли возымеют действие. Я не специалист, а тут нужна квалифицированная помощь, потому что предельно ясно, что за восемь лет она себе такого в голове накрутила, что впору лишь ужаснуться. — Ты не виновата. Это всего лишь случайность, стечение обстоятельств.
— После похорон мне начали сниться кошмары, — с отсутствующим видом продолжает говорить Полина. — Года полтора назад все прекратилось, но недавно они вернулись. Сны всегда разные, но начинаются одинаково: мы куда-то едем с родителями, папа за рулем, мама на пассажирском сидении, я — на заднем. Мы разговариваем, смеемся, а потом начинается лютый ад. Сегодня ночью, например, мне снилось, что пошел кровавый дождь.
— Ты обращалась к психологам? — задаю я вертевшийся на языке вопрос. Полина морщится, и я понимаю, что нет. — Почему?
— Я не сумасшедшая, — цедит она.
— Обращение за помощью к профессионалу совсем не говорит о том, что человек сумасшедший, — мой тон максимально мягок. — Психолог лишь выслушает и даст необходимые инструменты, познакомит с техниками, которые позволят вернуться к спокойному образу жизни и начать жить счастливо. В этом нет ничего постыдного. Я могу сходить с тобой, если хочешь.
Полина устремляет на меня сердитый взгляд и качает головой. Все ясно. Кому-то придется еще поработать над тем, чтобы пришло осознание, что проблема действительно есть, но она решаема. Главное, не давить на нее, а попытаться аккуратно и незаметно направить в нужную сторону.
— Вот что странно, — внезапно ее взгляд оживляется, — в этот раз во сне я услышала твой голос, а потом меня кто-то вытащил из машины, и я проснулась. Я не помню, что мне снилось в доме твоих родителей, но раз ты говоришь, что я успокоилась, значит, произошло что-то подобное.
— Похоже, что теперь тебе показано спать со мной, — с видом знатока заявляю я, и улыбка возвращается на лицо Полины.
Она резко подается вперед и толкает меня в грудь. Не успеваю опомниться, как девушка оказывается сверху и сжимает меня бедрами.
— И только попробуйте еще раз остановить меня, Максим Андреевич, — зловеще произносит она и тянется к прикроватной тумбе, в выдвижном ящике которой спрятаны контрацептивы.
Глава 38. Полина
— Останься, — утыкается Максим в мою шею и проводит по ней языком.
— Завтра на работу, — отзываюсь я и взлохмачиваю его волосы. — У меня строгий шеф.
— Я тебя отпрошу, — обезоруживающе улыбается он.
— Мне нужно переодеться. Я же не могу заявиться в офис в твоей футболке.
— Меня все устраивает. Ты классно выглядишь в ней.
Наша перепалка длится уже добрых полчаса, в течение которых я безуспешно пытаюсь одеться.
— Нет, Максим. Мне еще предстоят разборки с братом, — горестно вздыхаю я, вспомнив о количестве пропущенных от Кирилла звонков. — Наверняка меня уже ищут с собаками по всему городу.
— Давай я позвоню ему и все решу, — Макс ныряет пальцем под застежку моего бюстгальтера с явным стремлением вновь его расстегнуть.
— Так! — бью его по рукам и отпрыгиваю в сторону. — Решатель! Дай мне одеться, сейчас уже Ксюша приедет.
Максим смиренно закатывает глаза и падает голой задницей на диван как раз в тот момент, когда раздается звонок в дверь.