— Вчера собрание жильцов было, — напористо заговорила соседка, — мы решили собрать денег на текущий ремонт. Вы как сдадите?
— И сколько пришло жильцов? — насмешливо спросил Обмани смерть.
— Меньше половины, — призналась соседка, и решительно, — Ну и что? Всё равно ремонт делать надо, вы посмотрите: окна разбиты; краска на стенах отслаивается; всюду грязь. А тут и наши дети живут. Это же наш дом, наш! Кому кроме нас он нужен?!
— Вы правы Оля, никому, — внимательно глядя на эту молодую внешне приятную женщину признал Обмани смерть, — вечером я к вам зайду и передам свою часть. А что с остальными делать? Как вы с них деньги соберете?
— Буду вечерами ходить по квартирам и надоедать, — засмеялась Ольга, — пенсионеры пусть сдадут сколько смогут, а остальные, найду способ повлиять. Нет денег, работой плати, соскоблить краску и наложить новую каждый сможет, да и стекла поменять, не велик труд, а еще…
Ольга осеклась и с удивлением посмотрела на своего всегда вежливого и аккуратного соседа. Тот сильно побледнел.
— Петр Николаевич? — тревожно спросила она, — Что с вами? Почему вы так странно на меня смотрите? Вам плохо?
— Так, прихватило, — тихо сказал Обмани смерть, и как извиняясь развел руками, — возраст, сердчишко уже пошаливает. Сейчас пройдет.
— Вызвать «Скорую»?
— Не поможет, — с усилием улыбнулся Обмани смерть, — да и прошло уже всё, не беспокойтесь. Вы знаете Оля, я думаю, правы вы, а не мы.
— Вы о ремонте? — недоумевая растерянно спросила Ольга.
— Только о ремонте, — криво с болезненной гримасой усмехнулся Обмани смерть, — надеюсь у вас всё получится.
— Петр Николаевич? — испуганно проговорила Ольга, — Я все-таки вызову «Скорую», вам же плохо. Я вижу.
— «Скорая» не мне нужна, — тихо заметил Обмани смерть, — Скорая нужна тем, кто видит как рушится наш дом и ничего не хочет делать. А вы Оля идите на работу, а то опоздаете, а за меня не беспокойтесь, у меня еще достаточно сил.
Глава седьмая
Петр Николаевич навестил Дашу в ее квартире, где она безвылазно находилась после выписки из больницы. В комнатах никого не было, родители Даша были на работе, младшая сестренка в школе. Обмани смерть вручив Даше постановление о прекращении в отношении нее уголовного дела и рассказывал девушке об аресте Кольцова. Бледная, расстроенная Даша смотрела на копию бланка постановление и слушала:
— Пойми, это необходимо, Кольцов на это пошел добровольно, чтобы тебя спасти, — не повышая голоса говорил Обмани смерть, — Это конечно не моё дело, но мне кажется, что он тебя любит. И он выдержит. По таким делам, как у него, предварительное следствие длится не менее года, но в этом случае его ускорят. И в суде быстро дело рассмотрят. Им надо показать неотвратимость наказания за любое действие, направленное против них. Думаю, что даже с учетом судебного разбирательства все будет завершено за четыре, максимум за шесть месяцев.
— Я хочу его навестить, — Даша скомкала текст постановления и бросила его на стол в зале своей квартиры, где они стоя разговаривали, — Вы сможете это устроить?
— Тебе нельзя, — резко отказал Обмани смерть, — никаких связей. Андрея я уже навестил в СИЗО. Всё решено. Ты учись. Больше никаких акций. Хватит. Ты слышала, Даша? Хватит! Андрея я потом вытащу, так же как вытащил тебя.
— Как?
Обмани смерть сжато объяснил как, и глядя растерянной девушке в лицо с невеселой иронией договорил:
— А ты думала как? Тут особого выбора нет. Ты думаешь, почему я согласился стать соучастником всех этих убийств? Да потому, что знал, мне все равно недолго осталось, да и семья моя в безопасности. К жизни меня тонкие ниточки привязывают. Будь я здоров, то поохал, да в стороне остался. А так вот…
— Ко мне в палату, — резко прервала его Даша, — приходила Маша, вы её помните? Это та девочка над которой надругались. Она просила передать: «Мы молимся за вас». Скажите это Андрею и знайте, я не прекращу. Буду и дальше. Как смогу.
— Лучше бы ты замуж за него вышла, — вздохнул Обмани смерть, — детишек бы нарожала.
— А для чего? — требовательно спросила Даша, — Что бы их изнасиловали? Или чтобы колесами дорогой тачки моих детей на дороге размазал по асфальту очередной пьяный беспредельщик со связями, а потом наши «правоохренители» их же бы и обвинили? Где гарантия, что они не станут жертвами, как ими стали другие, те про кого мы знаем? Я не хочу, чтобы мои дети сказали мне: «Мама и папа где вы были? Почему вы нас маленьких не защитили?»
— Поступай как знаешь, — отвернулся от Даши и стал смотреть в окно комнаты Обман смерть, — пока жив, прикрою. Только смотри, ошибешься, убьешь невиновного и Маша не отмолит.