— Так ты полицейский, — выдохнула Сьюзан.
Майкл пристально на нее глянул и одарил лучезарной улыбкой.
— Нет, — еще не хватало ей расслабляться.
Сьюзан, уже было готовая успокоиться, снова испуганно посмотрела на зажатый в его руке пистолет.
— Он никуда тебя с собой не берет? Сидишь тут одна месяцами? Адреса! — рявкнул Майкл, видя, что Сьюзан совсем оцепенела.
Она дернулась, резко вскинув на него взгляд.
— Я не была ни у кого дома, обычно они встречались в закрытых клубах.
— Имена.
Она моргнула, и Майкл сразу понял, что имен она знает много, но вот говорить не хочет.
— Даррен Уилер, — подсказал ей Майкл. — Еще кто?
Сьюзан сглотнула, и по ее лицу пробежала тень. Майкл начал злиться, терять драгоценное время из-за этой девки совсем не хотелось.
— Красивые ножки, Сьюзан, — протянул он. Один уголок ее губ чуть дернулся, и он продолжил: — Какое колено прострелить первым? — и резко выставил пистолет в ее сторону.
— Нет! Стой! — она оглушительно взвизгнула, шарахнувшись назад, врезаясь в барную стойку. Две бутылки с громкими хлопками разбились об пол, и Сьюзан вскрикнула еще раз, видимо, решив, что это выстрелы. Ее начало бить сильной дрожью. — Даррен постоянно крутится вокруг Аллена, его я видела чаще всего, — она дерганым движением провела по лицу, размазывая слезы, а вместе с ними и помаду. — Еще были Дерек Томпсон, Харви Блэнкеншип и Оливер Райли. Это те, кто встречался с Алленом чаще всего. Имен остальных я не знаю. Честно.
Она глубоко, но рвано дышала, вцепившись пальцами в столешницу позади себя. Майкл медленно опустил пистолет, с запугиванием он явно переборщил, но и Сьюзан сама виновата — следовало добровольно все рассказать. Она сползла по металлической ножке от стойки на пол и запустила дрожащие руки в волосы.
— Пару недель назад, — вдруг заговорила Сьюзан, и Майкл, внимательно на нее посмотрев, снова присел на подлокотник дивана, — я случайно услышала разговор Даррена и Аллена. Они говорили очень громко, на повышенных тонах. Даррен кричал, что какой-то Хант... или Грант, я не поняла точно... угрожал Даррену, что приберет к рукам его бизнес, а самого Даррена и всех, кто хоть сколько-то в курсе его дел, убьет. Даррен почему-то решил, что в этом замешан Аллен. Они почти весь вечер орали друг на друга. Потом они уехали на всю ночь, а через пару дней я услышала, как Аллен сказал кому-то по телефону, что знает, как легко и быстро найти два миллиона. Три дня назад он уехал, сказал, что не будет его максимум неделю. Я не знаю, где он.
Она замолчала, а Майкл почувствовал, как в кармане завибрировал телефон. Увидев на экране высветившееся имя отца Мии, Майкл занервничал.
— Они опять звонили, — голос у Джонса дрожал почти так же, как у Сьюзан минуту назад.
— Я сейчас приеду, — быстро ответил Майкл и засунул телефон в карман. Сьюзан обреченно на него посмотрела. — Ты знала, с кем связываешься, — сказал ей Майкл и быстро вышел из дома.
— Они требуют, чтобы я отдал им деньги завтра, — на лбу Джонса блестели капли пота. — Сказали положить деньги в маленький чемодан и ждать дальнейших инструкций завтра в пять вечера. Ехать надо будет поездом, они еще скажут, каким именно. И разрешили, чтобы меня сопровождал один человек. Вы поедете со мной?
— Конечно! — ответил Майкл.
— Надеюсь, вы не совершите необдуманных поступков, — вздохнул Джонс. — Я уже описал им, как будет выглядеть чемодан.
Майкл нахмурился.
— Вы намерены завтра отдать все два миллиона?
— Мне стоило больших трудов собрать эту сумму мелкими банкнотами.
— Вы что, сумасшедший? — не выдержал Майкл. — Я ведь уже предупреждал вас — они возьмут деньги и убьют Мию. Не отдавайте завтра всю сумму!
— Я хочу вернуть дочь. Плевать мне на деньги.
— Они не вернут Мию, — упорно повторял Майкл. — Их цель — деньги.
— Они обещали, что в воскресенье Миа будет дома!
Майклу не хотелось пугать и так измученного горем Джонса, но жизнь Мии висела на волоске.
— Я готов держать с вами пари на два миллиона, если в воскресенье Миа будет пить чай, сидя в этом кресле, — он пошлепал ладонью по подлокотнику кресла, в котором сидел.
— Они обещали!
— Вы не должны отдавать им деньги, мистер Джонс, — покачал головой Майкл. — Это не спасет Мию.
Он пошатнулся и схватился руками за стол.
— Что, по-вашему, я должен сделать?!
Майкл задумчиво посмотрел в окно. Если с Мией что-то случится, виноват будет он.
— Дайте им тысяч сто. Ради этой суммы они не пойдут на убийство, а будут вытягивать из вас остальное.
— Они убьют Мию, — возразил Джонс. — Обман они не простят.
— Вы положите в чемодан записку, в которой предупредите их о том, что вам нужно еще время, чтобы раздобыть деньги. Они должны согласиться с тем, что за двадцать четыре часа невозможно собрать два миллиона двадцатифунтовыми бумажками.
Джонс вдруг сник.
— Но я уже сказал им, что достал деньги...
Майкл запустил пальцы в волосы, тихо застонав.
— Ну почему вы не послушались моего совета? Я же говорил не обещать им всю сумму.
— Из-за жены, — признался Джонс. — Ей стало плохо. Необходимо как можно быстрее вернуть домой Мию.
— Вы так и не поняли, что играете на руку похитителям.
— Я не был готов говорить что-то кроме того, что собрал деньги...
— Вы думаете о жене, а не о дочери, — мрачно сказал Майкл. — Я рискую, а вы меня не хотите слушать. Но вы не сможете помешать мне бороться за Мию.
Джонс вдруг удивленно посмотрел на него.
— Вы что, влюбились в нее?
— Я всего раз ее видел, но я не могу равнодушно относиться к ее судьбе, — ответил Майкл. И почему ему опять задают этот вопрос?
— Вы переживаете так же, как и я.
— Она нуждается в помощи.
— Вы готовы бороться за каждого, кто обратился бы к вам?
— Конечно. А что касается любви... Нельзя влюбиться в девушку, которую не знаешь.
— Влюбилась же в вас Миа, увидев один раз у Лэйнов!
— Она поспешила. Выбор ее не слишком хорош. Давайте не будем отвлекаться от дела из-за пустяков, мистер Джонс. Повторю, что я против того, чтобы вы отдавали весь выкуп.
— Что же вы предлагаете делать?
— Положить в чемодан сто тысяч и записку, что остальные деньги вы добудете в среду. И потребовать новые доказательства того, что Миа жива.
— Вы надеетесь получить новое письмо от нее?
— Мы напишем для нее записку и потребуем, чтобы она ее переписала. Если они пришлют нам этот текст, мы будем знать, что Миа жива и нас не обманывают по заранее составленному сценарию.
— Стил, они на это не пойдут!
— Наоборот. А теперь послушайте меня. Я узнал, что Каннингем не так давно сказал кому-то, что знает, как легко и быстро достать два миллиона фунтов, а три дня назад он уехал из города. Речь идет об одном его дружке, Уилере, который ворует новые машины, перекрашивает их, снабжает другими номерами и продает, и вот сейчас его бизнес под угрозой. Сто тысяч не устроит ни Каннингема, ни Уилера, они будут ждать всю сумму. Это дает нам возможность выиграть время.
— Вы уверены, что они выполнят наши требования?
— У них нет другого выхода.
Джонс задумался.
— Может, тем, кто ворует и красит машины, известно, где может находиться этот Каннингем? Если, конечно, он и есть похититель.
— Имеете в виду Уилера? Думаю, что ему известно все, но если мы зададим ему такой вопрос...
— Можете не продолжать, — перебил Джонс. — А если просто сообщить об аферах с машинами в полицию? Это поможет нам что-то узнать?
— Это можно делать только тогда, когда Миа будет на свободе. А вот если подключить полицию к нашему делу... Правда, сообщать только о гараже Уилера не имеет смысла. Полиция установит слежку, это требует времени, а его у нас нет. И надо переписать серии банкнот, которые вы им передадите.
— Нет! Они сказали, что деньги не должны быть помечены!
— А мы не скажем им, что переписали номера. А теперь давайте подготовим письмо, где предупредим похитителей, что они ничего не получат, если не передадут нам записку, написанную рукой Мии. А вот текст записки должен облегчить ей передачу нам новой информации, и над этим надо хорошо подумать.