- Эй, - Дин схватил нож со стола, забытый кем-то из гаремных, подобрался к желтоглазому. - В лесу Ийнык, недалеко. Покажи, где ты прикован.
- Тебя убьют, парень.
- Не убьют. Не докажут. Давай быстрей, пока все орут.
Желтоглазый поднял руки в кандалах, на мгновенье вместо рук Дин увидел волчьи лапы, цепи упали. Размышлять над увиденным было некогда. Дин скинул форменную куртку, набросил ее на плечи пленнику, легко проскольнувшему между прутьев. В суматохе примут за бойца. Никто не обратил внимания, как они свернули за угол казармы, добежали до леса. Как ни хотелось Дину увидеть Гэви, он осознавал, что нельзя ему в лес. Надо быстрей вернуться, быть на виду, чтобы не заподозрили.
- Не попадайся больше, - сдернул свою куртку, шагнул назад.
- Спасибо, волчатник, - сказал человек, а за деревьями мелькнул белый хвост волка.
- Эй, - Дин поморгал, закусил до боли кулак.
С его глаз как пелена упала. Он тетеря недогадливая, тупая деревенщина. Тогда, у ручья его спасли от мучительной смерти не двое, волчонок и девчонка. Это была она, Гэви. А ее отец, Ийнык, вожак стаи белых волков. Он все понимал про Дина, понимал, что императрица объявила войну неверным. Понимал, что Дина будут натаскивать на то, чтобы разыскивать и убивать волков. Дин враг. И все равно Ийнык разрешил ему остаться. Побыть с Гэви. Накормил.
Дин побрел назад, в казарму. Забыл про голод, про сон. Мучился сомнениями. Не видел выхода для себя, для них с Гэви. Разве что сбежать. А куда? В деревню возвращаться нельзя. Другого пристанища нет. Может, перевестись в гарем? Но тогда придется обниматься с Низайлой и угождать. Вряд ли у Дина получится быть таким же гибким как Вит. Да и танцевать Дин не умеет. За дорогой его ждал Витоль. Сунул в руки кусок хлеба и сыр. Дал напиться из фляжки. Проводил до казармы.
- Скажешь, что наелся и спать захотел.
- Кому?
- Это на всякий случай.
- Вит, не поверят. Все хохотали после еды. До сих пор вон орут.
- По-разному бывает. Кого-то в сон клонит. Там половина дрыхнет уже. Валяется под столами.
- Спасибо тебе. Нам бы поговорить. Обо всем.
- Потом, Дин. Возникнут подозрения, если гаремный вздумает открыто дружить с бойцом. Ты на хорошем счету пока.
- Откуда ты все знаешь, Вит? Про клетку знал и остальное.
- Какая разница? Иди, ложись.
- А Киф? Ты его видел?
- Он спит уже. Почти всех своих сумел увести.
Витоль оказался прав. Вокруг клетки веселились единицы. Раздобыли острые прутья и тыкали ими в пленников. Кто-то уснул прямо на помосте, большинство, пошатываясь, разбредались по казармам. Часть столов перевернули и еда попала к пленникам. Они хватали ее, глотали, не жуя. Дин едва добрался до кровати, свалился на ближайшую свободную, не раздеваясь. Во фляжке Вита явно был крепкий сонный отвар. И хорошо. Не будут досаждать угрюмые мысли. Все равно Дин не знал, что ему делать и у кого спросить совета.
Утро для многих ребят стало мучительным. Тех, кто не услышал гонга и не встал с кровати, обливали ледяной водой из ведер. От шума Дин проснулся, скатился под кровать. Умыться он и сам сможет. Голова гудела. Вчерашнее вспоминалось с трудом. Казалось, что все случившиеся лишь видение. Суета вокруг клетки, желтоглазый пленник, отравленная еда, Вит со своей фляжкой и подсказками. Единственное, что помнилось отчетливо, это подаренная ложка. Которую Дин так до сих пор и не вернул.
- Построение. Общее построение, - пролетело по казарме. - Быстрее.
Дин побрел за остальными бойцами на улицу. Клетку и столы уже убрали. Отряды выстроились по периметру площади и выглядели неважно. В помятой форме, с отекшими лицами. Стирет обходил строй и кривился. Уставился на Дина хмурым взглядом. Дин вытянулся, надеясь, что его лицо такое же мятое, как у всех, и его не заподозрят в освобождении пленника.
- Ты, дылда, выйти из строя.
- Слушаюсь, - Дин постарался шагнуть уверенно.
- Бегом на склад, пришла партия груза, поможешь, - Стирет проследил, как Дин рванулся в сторону склада, на бег не походило, но рвение Стирету понравилось. - Остальным привести себя в порядок, у нас будут важные гости.
Про гостей Дин услышал и обернулся через плечо. Даже его отряд ухмылялся, что дылде досталась тяжелая работа, а не развлечения. Но Дин радовался. Сборщик привлекал его гораздо больше, чем неведомые гости. К тому же, по форме он не соответствовал своему отряду. Будет портить общий вид. Еще и поэтому, наверно, его отослали. По пути Дин вспомнил о ложке и сделал крюк. Заглянул на опушку леса, где белый отряд варил суп. Усилия оправдались.