Потерев ноющие от боли виски, я осторожно приподнялся на кровати, готовый в любой момент почувствовать вспышку боли. Но ею не последовало. Вместо этого по телу прокатилась волна неприятной усталости, от которой ныли мышцы. Будто я весь прошедший день работал в гномьих каменоломнях, но не более...
Не понял. Неужели это действительно был сон? Страшный, невероятно реальный..., но сон? Шутка беснующейся за окном стихии?
Я осторожно пошевелил рукой, которая послушалась практически беспрекословно. Потянулся, зная, что должен ощутить боль в спине, куда вчера вонзилась стрела охотника на вампиров.
Но боли не было. Лишь усталость.
Странные у мироздания шутки...
Оглядевшись по сторонам, я увидел безмятежно спавшего в кровати справа от меня Ириана, а в кресле около дверей в кресле спокойно дремал Зар. Под глазами волка залегли глубокие тени, лицо было немного бледнее, чем обычно... и никаких следов вчерашнего боя с вампирами.
Похоже, крыша уехала в путешествие, а я остался.
- Очнулся, герой? - раздался усталый голос со стороны кресла. Подняв глаза, я увидел широко зевающего волка, смотревшегося на меня обеспокоенным взглядом. С другого угла комнаты раздалось недовольное ворчание и неласковые просьбы говорить тише и не мешать бедным целителям отдыхать. С подоконника донеслось согласное рычание.
И тут меня осенила внезапная догадка.
- Вы что, всей семьей меня лечили? - понизив голос, недоверчив спросил я, разглядев спящий на дальний койках Дина и Леонару, и свернувшегося калачиком на широком подоконнике Макса в образе черного волка. Не удивлюсь, если где-то неподалеку найдутся и другие члены этого семейства.
- А то, - широко зевнул Зар, устраиваясь в кресле поудобнее, - Когда мы примчали на крик Алины, чуть не опоздали. Ты уже собирался отбыть в лучший из миров. Пришлось срочно восстанавливать вымотанный ранами организм, чтобы хоть как-то регенерацию запустить и время для тебя выиграть...
Дальнейшие объяснения Зара были лишними. Теперь ясно, как я смог дожить до мира Хранителей. А выжить после кинжала... явно Алекс с Ником замешаны. Только как этих интриганов теперь спросишь, раз увиденное - не сон.
- А Лиина где? - напряженно спросил я, заметив, что младшей пантеры в комнате не наблюдается.
- Без понятия, - прикрыв глаза, пожал глазами волк, - Когда мы тебя вытянули, Алекс с Ником её увели...
Ясно. О том, что случилось, семья Д'аркв'ир ещё не знает. Но как родителям Ли удалось это скрыть?
Потянувшись к ауре друга, я увидел на нитях, связывающих его с сестрой, мощный блок. И следы магии усыпляющей магии драконов, которую оборотни не способны почувствовать.
Не удивлюсь, если на аурах других Д'аркв'ир будут такие же следы. От Алексы ж никто из них подвоха не ждал, вот ей и удалось навести сон на вымотанных моих исцелением родственников.
Все предусмотрели, хитрецы. Вот только, что будет завтра, когда чары развеются и тайное станет явным?
Подождав, пока Зар заснет, я быстро оделся и отправился искать Ли.
Нужно было позаботиться о той, кто знает, что происходит. И вряд ли ей сейчас легко...
Лиину я нашел на крыше. Она сидела на влажной черепице и с тоской смотрела на безмолвное грозовое небо. Вспышки молний отражались в изумрудных глазах, наполненных невыплаканными слезами.
Каждый шаг отзывался резкой болью в груди, но я осторожно приблизился к подавленной пантере. Присел возле неё и привлек к себе, мягко проведя рукой по мокрым волосам. Ли благодарно сжала мою руку и грустно улыбнулась:
- Как думаешь, у них получится?
Я поднял голову к хмурому небу. Зеленоватые и белоснежные молнии рассекали стальные тучи, но вокруг царила звенящая тишина. Мир будто замер, как и мы, ожидая конца смертельного поединка.
- У этих двоих упрямцев, которые ради семьи перешагнули через себя? Получится, - спокойно обронил, закутывая дрожащую от холода кошку в свою куртку, - Если твои родители что-то решил, их боевой дракон с места не сдвинет...
Лиина молча спрятала лицо на моей груди. И лишь чуть вздрагивающие плечи выдавали, как ей сейчас тяжело.
Но в своих словах я был уверен. Если Алекса, когда-то отказавшаяся от трона Хранительницы, решилась взвалить на себя подобное бремя, их с Ником не остановит ничто.
- Как мы узнаем исход борьбы? - глухо произнесла Ли.
Я усмехнулся краем губ, зарываясь лицом в густые волосы девушки.
- Узнаем. Они найдут способ нам об этом сказать.
Потянулись долгие часы ожидания. Лиина тихо дремала у меня на груди, я устало прикрыл глаза, наблюдая за грозовым небом.
Когда до рассвета оставались минуты, молнии вдруг погасли. На мгновение в воздухе повисло неприятное напряжение. А после этого через все небо, от горизонта до горизонта, прошла ярко-зеленая, ветвистая молния. И оглушающий рокот грома лавиной прокатился по Рассветному лесу. А может, и по всему миру.
Проснувшаяся Лиина вскинула голову, я же поднялся на ноги и с удовольствием потянулся.
Вот и все. Наконец-то эта история с Хранителями закончилась.
Я с улыбкой посмотрел на притихшую пантеру, и сердце невольно сжалось. Кошка, прижав колени к подбородку, безучастно наблюдала за разгорающимся рассветом. В омутах глаз плескалась тоска и тихая боль.
Я опустился на колени рядом с пантерой и прижал к себе, успокаивающе проводя рукой по дрожащей спине.
Ты не одна, Ли. Не была и не когда одной не будешь. У тебя есть любящие, души в тебе не чающие дедушка и бабушка, старый интриган-прадед, дяди и тетя с шилом в мягких местах, шебушная кузина..., я... Мы всегда поможем тебе и поддержим.
А родители... эх, чутья Д'аркв'ир мне, конечно, не хватает, но чует сердце, мы с этими авантюристами ещё встретимся. И даже раньше, чем надеемся.
На широком плато, нависшем над бурлящим морем, лежали два бездыханных тела. Птица со сломанными крыльями и потускневшем оперением, и дракон, чье гибкое тело покрывали многочисленные рваные раны.
Чуть в стороне от них, возле истекавшего кровью изумрудного дракона, стоял на коленях черноволосый мужчина. Покрытые бурыми пятнами руки осторожно скользили по узкой морде обессиленного ящера, рядом лежал золотистый лук и почерневший от крови кинжал. Дракон тихо урчал, довольно прикрыв змеиные глаза. И пусть на тяжело вздымавшихся боках виднелись глубокие раны, а человека качало от усталости и потери крови, сегодня они были победителями.
Мерным светом замерцали тела поверженных Хранителей, превращаясь в ворох серебристых искорок. Миг, и они устремились к странной паре, победившей в нелегком поединке. Окутали их фигуры мерцающим плащом, и тела человека и дракона начали меняться. Затягивались глубокие раны, больше не отбирая у них последние силы. Расправились широкие крылья небесного ящера, постепенно уменьшаясь и покрываясь золотистым оперением. Покрывалось темно-синей чешуей тело человека. И постепенно успокаивалось море, а над головой растворялись тяжелые свинцовые тучи грозового неба.
Несколько мгновений, и в хрустально-чистое, пронзительно-голубое небо устремился золотисто-алый росчерк живого пламени. Взметнулся к ослепительному солнцу, греясь в его лучах, и камнем рухнул вниз, к темно-синему моря, по глади которого лениво скользили белоснежные "барашки".
А за радостью огненной птицы с нежной усмешкой наблюдал темно-синий, почти черный водяной дракон. Вытянув мощные лапы с загнутыми антрацитовыми кинжалами когтей, он поднял голову к небу, лукаво прищурив изумрудные глаза. На серебристой короне из загнутых рогов скользили золотистые лучи жаркого солнца.
Над миром Феникса и Дракона прозвучал ликующий крик огненной птицы, знаменуя приход нового поколения Хранителей.
Эпилог
Двадцать лет спустя...
Василен
Темное ночное небо начали прорезать первые лучи восходящего солнца. Над головой беззаботно шелестели пышные кроны деревьев, в ветвях которых прятались стайки золотисто-рыжих птиц. Теплый весенний ветер ласково касался разгоряченной полуденным солнцем кожи, взъерошивал волосы на затылке. От пряного запаха цветов и свежей травы кружилась голова.