– Марк, все нормально, я могу идти сама, я не ногу сломала вроде, – тонко намекнула я.
– Ох, да, прости, я просто подумал, в общем, не важно, – он явно был несколько смущен, но руку все же убрал.
Мы подошли к кабинету медсестры, который за последние три дня стал мне как дом родной и я постучала.
– Входите, – проговорил мелодичный голос медсестры.
Мы зашли, и каково было ее удивление, когда она снова увидела меня.
– Студентка Макален, снова вы. Насколько я знаю, у вас даже не начались практические занятия, а вы снова в моем кабинете. И что же на этот раз, – она подошла ближе и увидела мою губу, – ну что же вы так неаккуратно, мисс Макален, – запричитала она, на что Маркус решил вставить свое слов:
– Это я сделал, – виновато произнес он, – мы тренировались и я не рассчитал, что она не успеет увернуться.
– Мистер Мейелход, как можно так безответственно поступать, вы же все-таки старшекурсник. А это всего лишь хрупкая девушка, – укоризненно прочитала нотацию медсестра. Было видно, что Марк действительно уже очень сильно сожалеет о том, что вообще согласился со мной потренироваться.
– Да все хорошо, миссис Терстон, это просто следствие исключительно моей невнимательности, тем более это всего лишь царапина, – пыталась как можно позитивнее произнести я.
– Ну ничего себе, царапина, – она продолжала бубнить что-то себе под нос, при этом обрабатывая губу. После того, как она закончила, я поблагодарила ее и мы вышли из кабинета. Только я было хотела подшутить над Маркусом, как он быстрым шагом направился в сторону жилых комнат:
– Марк! – он не ответил, хотя я прекрасно понимала, что он меня услышал. И вот он уже скрылся за лестницей.
Я, полная недоумения, в каком-то шоке, дошла до своей комнаты. Студенты понемногу уже начали выходить. Я переоделась в своей комнате в форму, посмотрела расписание и взяла все необходимые учебники. В главном холле спального корпуса я встретила Аннет. Она приветственно помахала:
– О всевышние боги, что с тобой опять случилось, – в явном недоумении посмотрела она на меня. Я очень кратко, без лишней информации, которую ей знать не следовало, рассказала ей события сегодняшнего утра.
– Да уж, пожалуй, я знаю, какой у тебя дар. Вечно влипать в неприятности, – и мы с ней засмеялись, нет, ну что есть, то есть, и возразить то нечего.
Первым занятием у нас была лекция. Ее вела прекрасная женщина пожилого возраста – профессор Хлоя Армсэд. Дисциплина, которую она вела называлась «Магия и причины ее возникновения». Это была очень интересная лекция, но, к сожалению, я не понимала много, что могли понять студенты, обладающие этим даром, зная откуда все же он берется и куда его можно деть.
После лекции мы направились в крытый амфитеатр, в котором у нас должно было проходить практическое занятие под руководством профессора Стирена, вместе со старшекурскниками, для того, чтобы на примере их боев, мы могли хотя бы теоретически предположить, что вообще нужно делать. Когда мы зашли в амфитеатр, я была приятно удивлена, когда увидела Марка среди других студентов старшекурсников, он поймал на себе мой взгляд и посмотрел на меня, я улыбнулась ему, но он оставил мой знак без ответа и отвернулся, делая вид, что общается с другим парнем. Я была в недоумении, так как не могла понять причины, побуждающей его так себя вести.
Когда мы расселись по местам, в толпе студентов я заметила Итана, он с Маркусом учился в одной группе, и насколько я помню, раньше, они были лучшими друзьями, но сейчас, даже не смотрят друг на друга, видимо, последние события заставили каждого расставить приоритеты.
Мы с Аннет сели вместе, и начали наблюдать за боями старшекурсников, при этом, профессор Стирен, озвучивал нам практически каждое их действие. Тут Аннет спросила меня:
– Слушай, а вы с Маркусом, ну, как бы это сказать, встречаетесь? – у нее вспыхнули щеки алым цветом.
– Аннет, ты в своем уме, мы знакомы всего три дня, да и с чего ты это взяла вообще? – я была явно смущена не меньше, чем она.
– Просто, он тогда так защищал тебя, и сегодня, я видела, как он вел тебя до медпункта, это явно не было похоже на дружеское общение.
– Аннет, могу тебя уверить, мы с ним просто друзья, у нас ничего нет и быть не может, у меня вообще ни с кем быть ничего не может, – к глазам снова начали подступать слезы.
– Ада, прости, я вовсе не это имела в виду, – забеспокоилась она.