— Я была слишком маленькой, чтобы понимать это, — отойдя от Лауры, ответила Дебра.
— Похоже, что ты до сих пор таковой и являешься.
— Я знаю, что такое деньги, — задрала подбородок Дебра. — Одно твое обучение стоит неизвестно сколько. И еще тебе приспичило вступать в свое братство. И понадобилось целиком обновить свой гардероб в этом году. Ты, видите ли, заявил, что старая одежда тебе не годится. И у тебя машина.
— Только не надо о гардеробе. Ты каждый день тратишь на одежду в десять раз больше, чем я.
— Просто потому что я расту.
— Да, вширь. Если грудь у тебя станет еще больше, тебе потребуется лебедка, чтобы поддерживать ее.
— Ты от-вра-ти-телен, — скорчила гримасу Дебра.
— Она права, — вставила Лаура. В голове у нее начало стучать. — В твоем заявлении не было никакой необходимости.
— Как и в ее критике в мой адрес. По крайней мере, я работаю в школе, а она только шляется по коридорам, виляя своей задницей.
— Скотт!!!
— Я — нормальная девочка, — отрезала Дебра. — Когда ты учился в школе, для тебя самым главным был футбол. Тебе нравились футболисты. Если это не извращение…
— Дебра!
— Пусть продолжает, — злобно проговорил Скотт. — Пусть продемонстрирует, какая она идиотка. Стоит упомянуть при ней о мужской дружбе, как она считает, что речь идет о службе знакомств. Глупо и инфантильно.
— Лучше быть глупой и инфантильной, чем голубым.
— Дебра!
— Голубым? — Скотт разразился хохотом. — Ха-ха-ха! Почему бы тебе не обсудить это с Кристиной Лейкли? Или Миган Таккер? Или Дженни Шпитц? Голубым? — Он наклонился поближе к Дебре: — Только при Келли не говори об этом, а то она сразу догадается, какая ты тупая. Не забывай, Келли — старшеклассница.
— Ну и что?
— Она знает парня, на которого ты положила глаз…
— Дебра не встречается со старшеклассниками, — попыталась встрять Лаура, но Скотта было не остановить:
— …и она не преминет рассказать ему о тебе.
— Ну и пусть рассказывает, — вызывающе заявила Дебра. — Возможно, ей также будет интересно послушать о Кристиане Лейкли, Миган Таккер и Дженни Шпитц.
— Довольно! — закричала Лаура, прижимая руки к ушам. — Я не могу это слушать. Не хватает еще этого.
— Хамка, — заявил Скотт Дебре, которая не собиралась уступать ни на дюйм.
— Только попробуй, я все расскажу.
— Довольно! — Лаура поддала ногой ножку кресла. — Прекратите!
— Я не могу находиться с ним в одной комнате, — заявила Дебра и выбежала из кухни.
— Если она откроет свой рот, я убью ее, — заявил Скотт, перед тем как тоже выйти.
Лаура осталась одна среди внезапно наступившей тишины — с ноющей ногой, болью в сердце и страшным ощущением того, что все рушится.
Это ощущение то и дело возвращалось к ней в течение всех выходных. То и дело ее охватывала паника, она покрывалась холодным потом, сердце начинало бешено колотиться, а руки дрожать. Даже «Вишни» перестали быть для нее укрытием, каким были когда-то, так как само присутствие там Ди Энн напоминало ей обо всех обрушившихся на нее неприятностях.
Все рушилось. Крепкие семейные связи, над которыми она столько трудилась, были поколеблены с исчезновением Джеффа. Скотт и Дебра не разговаривали друг с другом. Лидия слабела. Мадди придиралась. Денег было мало. Бизнес увядал.
А в понедельник был день рождения Джеффа. Сладкая печаль охватила Лауру, когда она лежала без сна в предутренние часы. Джефф обманул ее. Он лгал, крал и на краденые деньги покупал то, о чем она мечтала. А она, как всегда, втайне готовила ему сюрприз на день рождения.
Она хотела устроить ему счастливый день. К этому времени они должны были вернуться из Сабы, отдохнувшие и загоревшие, и провести этот день в предвосхищении грядущего праздника. Теперь же Лаура с трудом вытащила себя из постели, ощущая онемение во всем теле и утешаясь лишь тем, что, что бы ни случилось, уже ничто не сможет расстроить ее.
Дебра не хотела идти в школу. Ей надоело быть в центре школьных сплетен, и она была уверена, что после субботней статьи в «Сан» разговоров будет еще больше. Лауре потребовалось десять минут, чтобы наконец спровадить ее к автобусу.
Скотт собирался вернуться в Пенн в среду и после целого шквала телефонных звонков принял решение перебраться из дормитория в дом братства. Лаура была в сомнениях. Она не хотела лишать его удовольствия, но опасалась, что это повлияет на его оценки. Однако после скуки каникул его переполнял такой энтузиазм, что она быстро уступила, возразив лишь для проформы.