Да, Лаура доверяла ей. Ди Энн прекрасно справлялась с руководством рестораном в ее отсутствие.
— Пожалуй, я спущусь вниз, — промолвила Лаура, непрестанно испытывая потребность в движении. — Какой кошмар, — добавила она, бросив взгляд на растерзанный круассан.
— Ничего страшного, — ответила Ди Энн и протянула ей красную салфетку, сложенную веером. — Вытри руки. Это тесто.
Лаура обтерла пальцы и взглянула на часы. Они показывали четверть двенадцатого. Ресторан открывался в половине.
— Столы к ленчу накрыты? — Пока они беседовали, подошли две официантки.
— К ленчу все готово. Иди. Я управлюсь здесь.
Лаура благодарно улыбнулась. Если не считать того, что она постоянно испытывала необходимость двигаться, на самом деле она была совершенно не готова к общению с посетителями. Слишком со многими из них она была знакома, и Ди Энн права: все они будут задавать вопросы. У нее нет сил отвечать на них. Пока ей просто даже нечего ответить.
Поэтому она снова вернулась на кухню и спустилась вниз. Там ее приветствовали повара выездных бригад. Все они тоже уже читали статью, и, перед тем как вернуться к своей работе, каждый высказал Лауре слова одобрения.
Взяв с полки передник, Лаура присоединилась к ним и на какое-то время полностью погрузилась в резку, рубку, фаршировку и разделку продуктов. Из приемника на стене звучал мягкий рок, который, сочетаясь с отрывочными разговорами, создавал приятную атмосферу. Однако мысли Лауры неизбежно возвращались к Джеффу. Когда она во второй раз обнаружила, что нарезает воздух, а не гриб, она уронила нож и промокнула рукой выступившие над губой капли пота. Она вздохнула, взяла нож и вновь принялась было за работу, но уже через несколько минут заметила, как сильно у нее дрожат руки.
Предоставив заниматься резкой другим, она принялась упаковывать в пластиковые контейнеры закуски. Через полчаса, ощутив спазмы в желудке, который сжимался и разжимался как кулак, она сняла передник, попрощалась и вернулась домой. Затаив дыхание, она открыла дверь гаража, чтобы поставить машину, — но «порше» внутри не было, да и дом был таким же пустым, каким она его оставила.
Правда, на автоответчике ее ждали три сообщения. Со вспышкой надежды она нажала кнопку. После сигнала включения последовала первая информация: «Дезинфекционная фирма „Гренди“. Мы будем у вас между восьмью и десятью утра в понедельник для ежеквартальной дезинфекции. Если вас не устраивает время, перезвоните». Мужской голос назвал номер телефона. Лаура сделала пометку в календаре и, закусив губу, стала ждать следующего сообщения.
Автоответчик снова загудел. «Здравствуйте, миссис Фрай, — раздался бодрый женский голос. — Это Диана из дамского магазина. Свитер, который вы заказывали, только что прибыл из Уэльса. Можете забрать его в любое удобное для вас время». Как ей и обещали, выполнение заказа заняло ровно три месяца. Лаура записала, чтобы не забыть, и, затаив дыхание, включила третье сообщение. Когда раздался голос Мадди, она с яростью выдохнула.
«Ты знаешь мою ненависть к автоответчикам, Лаура, но это важно. Мой телефон разрывается от звонков в связи со статьей в «Сан». Неужели было так необходимо с ним разговаривать? Утверждение, что ты волнуешься о муже, но при этом в состоянии продолжать работать, рисует тебя абсолютно бессердечной и черствой. Джеффри выглядит цинично расчетливым дельцом, существующим между домом, рестораном и машиной. И что это за дом в Холиоке? Ты ничего мне о нем не говорила. Может, ты еще что-нибудь скрывала от меня? Я хотела бы знать, что происходит, чтобы давать интеллигентные пояснения окружающим. Я буду в своем кабинете между половиной двенадцатого и четвертью первого. Позвони мне туда». Раздался гудок, и автоответчик отключился.
Лаура опустилась на табурет и обхватила голову руками. Да, пусть приходит дезинфектор. Да, она заберет заказанный свитер. Нет, она не станет звонить Мадди. Она превратилась в развалину. Она нуждается в утешении. А на это Мадди неспособна.
Скотт приехал в шесть. Он прилетел в Брэдли Филд, и там его встретила незнакомая Лауре девушка, некая Келли, с которой, по его словам, он встречался летом. Вероятно, он поддерживал с ней связь, и хотя при других обстоятельствах Лаура не преминула бы пригласить ее в дом, на сей раз она была счастлива, когда красный «шеви» девушки выехал за ворота. Она хотела остаться наедине со Скоттом, хотела посвятить его во все происшедшее, поговорить с ним о Джеффе.
Она надеялась, что у Скотта в силу его близости с отцом есть какие-либо соображения относительно случившегося. Но она заблуждалась — у Скотта не было ни малейшего представления об этом.