— Неужели тебе не нравится? Я-то была в восторге, когда ты мне это устраивал. Теперь я поучу тебя ждать. Поверь, это окупится в самом конце…
— Не могу больше, — признался Гордон, ужаснувшись, что, если она продолжит в том же духе, он не просто взмолится о пощаде. Он потеряет самоуважение.
— Ну вот, надо было просто сказать, — пожала плечами Зоя. — Я бы ничего не сделала, если бы знала, что тебе это не нравится. Может быть, ты хочешь, чтобы я тебя развязала?
Хотел ли он этого?
— Нет, — признался Гордон. Он никогда еще не был настолько взволнован, настолько возбужден, как сейчас. — Пока нет. Но, пожалуйста, Зоя. Просто займись со мной любовью. По-настоящему.
Любовью?
Зоя отшатнулась. За всю неделю он ни разу не произнес это слово. Предательское тепло стало горячей волной подниматься внизу живота, и Зоя поспешно напомнила себе, что это всего лишь слова, к тому же произнесенные мужчиной. А разве хоть один мужчина знает, что такое заниматься любовью? Это был только секс. И все.
Так в чем же дело? Если он желает называть это любовью, она не против. Пусть, черт возьми, говорит что ему заблагорассудится. Устраивать скандал из-за одной глупой фразы? Ну уж нет.
— С удовольствием, — прошептала Зоя и потянулась за одним из презервативов, что лежали наготове на столике у кровати. В следующую секунду презерватив уже красовался на подобающем ему месте, ведь Зоя стала экспертом в таких операциях.
— Сними футболку, — хрипло сказал Гордон, когда Зоя уселась на него сверху. — Я хочу видеть тебя всю.
Ей не следовало исполнять его прихоти. Лучше издевательски улыбнуться и напомнить Гордону, что он не в том положении, чтобы приказывать ей. Но было что-то в его голосе, в глазах, что заставило Зою подчиниться. Она скрестила руки и медленно-медленно стала стягивать футболку, а потом отбросила ее в сторону. Встав на колени, она еще немного посмотрела ему в глаза, а потом коснулась обеих грудей.
— Боже, не делай этого. Не делай, когда я снаружи. Пожалуйста, возьми меня внутрь, пожалей…
Пожалеть? О какой жалости может идти речь? Тем не менее Зоя сделала то, о чем он просил. Гордон глубоко вздохнул от удовольствия и закрыл глаза. Как раз вовремя. Потому что, когда она взяла его глубоко в себя, что-то произошло с Зоей, что-то очень тревожное.
Волна прокатилась по ее груди, и на глазах выступили слезы.
«Все эта глупая фраза о любви, — с отчаянием подумала она. — Ну зачем он ее произнес? Почему не использовал другое выражение, которыми так смачно пользовался, говоря о сексе всю неделю? Зачем ему потребовалось приплетать сюда любовь?» Разозлившись, она начала двигаться на нем так, как он ей показывал, отчаянно пытаясь сфокусироваться на чем-либо, кроме секса. Физически это было даже лучше, чем раньше, но эмоционально она чувствовала себя разбитой и опустошенной. Внезапно ей расхотелось держать его в своей власти. Она захотела оказаться внизу, и чтобы они обнимали друг друга, а их губы слились в поцелуе. Нежности, а не разврата настойчиво требовало сердце.
Зоя застонала от неудовольствия. Черт! Она все-таки влюбилась в этого мужчину. Вопреки здравому смыслу и всем ее благим намерениям. Любить его было неразумно, но тем не менее так реально. Ужасно, мучительно и реально.
— Зоя? — опомнился Гордон, открыв глаза. — Милая, почему ты остановилась?
О, как ей хотелось, чтобы он не называл ее «милой»! Одно слово — как острый нож в сердце, потому что все это насквозь фальшивое.
— Просто даю твоему приятелю передохнуть, — равнодушно пояснила она.
— Ему не нужен отдых, — застонал Гордон. — Ему нужна ты.
— Правда? А на следующую неделю он сумеет подыскать себе другую?
Он недоуменно уставился на нее, и внезапно Зоя поняла, что так просто он ее не отпустит. Она была для него чем-то большим, нежели просто женщиной для секса на ближайшие несколько дней. Она была его сексуальной рабыней, готовой удовлетворять его самые дикие желания двадцать четыре часа в сутки.
Сердечко ёкнуло, прежде чем она снова принялась за дело. Он же не знает, что ты его любишь, напомнила себе Зоя. Будь сильной. Будь уверенной. Другого удобного случая показать, из какого теста ты сделана, больше не будет. Это сейчас он лежит на спине и не в силах пошевелиться.
— Только не напускай на себя огорченный вид, — насмешливо добавила она и вернулась к прежнему ритму. — Такому мужчине, как ты, не понадобится много времени, чтобы подыскать мне замену.
— А если я не хочу замену?
— Нельзя иметь все, что хочется, Гордон, такова жизнь, — безжалостно заметила Зоя, продолжая двигаться. — Я лично это усвоила хорошо. Странно, что ты этого не знал. На деньги всего не купишь, разве ты не в курсе?