Он вновь сидел на траве зимнего сада. В голове осталось смутное ощущение полета. Полета, требующего огромных затрат сил и энергии. Но сил не Сердца Улья. Она всего лишь пассажир, пусть и очень необычный, тесно связанный со своим транспортом.
Выходит, Циклоп оказался прав и касательно того, что он - Макс - стал заметно сильнее в обращении с пси. Впрочем, не стоит обольщаться. Сердце Улья была занята. В другое время и при других обстоятельствах она вполне могла оказаться куда более агрессивной. И все равно - сегодняшний опыт можно считать удачным.
Макс прикрыл глаза, выдохнул. Даже эта небольшая победа придавала ему силы. Есть цель, есть к чему стремиться. И пусть дорога будет терниста - он все равно пройдет по ней.
- Не помешаю?
Макс поднял голову. Перед ним стоял Александр Найт - в простой спортивной форме, какую на занятиях по физической подготовке обычно носили новобранцы. Но даже мешковатое трико не могло скрыть мощь хорошо тренированного тела. Определенно, раньше Найт имел к медицине и науке куда меньшее отношение, нежели к штурмовой винтовке и скафандру пехотинца.
- Тоже не спится?
- Да нет. Сообщили, что ты покинул комнату и сидишь здесь. Решил спросить, все ли в порядке?
- Вот она - свобода, - криво усмехнулся Макс.
- Свободы как таковой вообще не может быть в обществе, - доверительно сообщил Найт. - Это миф, поддерживаемый политиками и бюрократами. Любой, кто выбирает свободу, - выпадает из системы. А это уже никуда не годится...
- Не будем об этом.
- Согласен, не лучшее время для лекций. Так что случилось?
Макс немного помедлил, перевел взгляд на луну.
- Мне снится сон. Уже несколько дней подряд... И он же снился сразу после случившегося в ущелье Мустанга. Я видел Землю...
- Пойдем в мой кабинет, - внимательно выслушав Макса, предложил Найт. - Там будет удобнее говорить.
Они миновали зимний сад и оказались перед новой дверью. Открыв ее, вошли в небольшой кабинет. Вдоль стен тот был заставлен высокими деревянными шкафами, на полках которых стояло множество книг. Краем глаза Макс отметил, что в основном книги собраны по научным дисциплинам. Таким как вирусология, молекулярная биология, генетика и многие другие. На фоне повсеместной компьютеризации и общедоступных баз данных подобное собрание выглядело странно. Под потолком висел тяжелый бронзовый светильник с цветным абажуром, под ногами выцветшие, но чистые ковры с каким-то неясным орнаментом.
- Ты ничего не помнишь? - спросил Найт, когда оба уселись в кресла.
Кресла были обшиты темной кожей. На ощупь довольно плотной и наверное прочной. Неужели пустили в дело какого-нибудь скарабея? Впрочем, почему бы и нет? Материал, который можно получить из этих тварей, вполне может превзойти качеством и износоустойчивостью некоторые искусственные аналоги, используемые Республикой. Вообще комната выглядела так, словно принадлежала какому-нибудь английскому ученому восемнадцатого века и служила ему рабочим кабинетом.
- Не помню о чем?
- О Земле. Эти знания должны быть в твоей голове.
- Похоже, там каких только знаний нет. Одна проблема - далеко не все из них доступны мне. Я не могу доверять собственной памяти, в ней слишком много белых пятен.
- Ну да - механизм защиты. Очень предусмотрительно со стороны Сверхсознания. Знаешь, иногда мне кажется, что всей аналитической мощи Республики со всеми нашими компьютерами не хватит, чтобы играть с Ульем на равных. Странно, не находишь?
- Действительно, странно. Особенно на фоне всей той бронированной и огневой мощи, которой обладает Республика. Хотя, признаюсь, отсутствие некоторых видов вооружения меня удивляет.
- Каких, например?
- Почему нет тяжелой и дальней авиации? Почему нет артиллерии? Зачем терять людей и технику, если можно зачищать колонии скарабеев с дальних позиций? Я уж не говорю про орбитальные удары. Ведь Республика обладает такими возможностями. Или я не прав?
- Не совсем. Но давай начнем сначала, - Найт зевнул. - Извини, мало сплю. Сначала о твоем сне. Ты видел не будущее, потому нет необходимости поднимать тревогу. Ты видел прошлое.
Макс нахмурился.
- Да, и не удивляйся. Земля - наша самая большая и непростительная ошибка. Потеряв ее, человечество едва не поставило крест на своем существовании. Мы были оглушены и деморализованы. Даже самые стойкие из нас утрачивали веру в будущее. Все чаще звучали апокалипсические высказывания, призывы к немедленному бегству. Были даже такие идиоты, что предлагали добровольно лечь под Улей. Якобы тогда Сверхсознание оценит этот акт доброй воли и сделает человечество чем-то вроде избранного подвида в составе остальных скарабеев.
- Подождите. Я не понимаю, - Макс помотал головой. - Земля принадлежит Улью?!
- Хорошо. Вижу, пробелы в твоих знаниях проще назвать полным незнанием. Мы знали о скарабеях еще до первого контакта с ними.
- Письмена Азгар Д'ор?
- Да, - усмехнулся Александр Найт. - Почти десять лет прошло... кто бы мог подумать, что все так обернется... - он ненадолго замолчал, словно что-то вспоминая. - Мы считали, что готовы отразить любое нападение. К тому времени Республика включала в свой состав десятки планет в различных звездных системах, разбросанных по галактике на многие световые годы. Наши корабли просачивались сквозь космическое пространство, словно мышь сквозь головку сыра. Мы были сильны и не оборачивались. А потом пришел Улей. Оказалось, эти твари тоже могут преодолевать огромные расстояния.
Макс помнил отдельные, разрозненные факты о перемещении скарабеев в космосе. Какие-то большие живые корабли. Очень большие. Способные нести на борту не только ростки будущих колоний, но и взрослые боевые единицы.
- Левиафаны?
- Они, - кивнул Найт. - Проклятье, мы до сих пор не в состоянии понять, как живое существо может создавать червоточины. Откуда столько энергии? А главное - каков предел прочности их панцирей? Даже линкоры Республики во время перехода нередко получают серьезные повреждения. Перегрузки корежат корпуса, ломают переборки, сводят с ума аппаратуру. А иногда рассудка лишается кто-то из команды... Более-менее стабильно удаются переходы небольших кораблей - 'Скаутов'. Но их вооружения не хватает, чтобы вести огневую поддержку с орбиты. А на планету сесть они не в состоянии. Левиафаны скарабеев по размерам сопоставимы с линкорами, иногда даже превосходят их, но, судя имеющимся у нас данным, обладают куда более высокой устойчивостью к межзвездным переходам.
- Вы не можете захватить образцы тканей?
- Как сам думаешь?
Макс задумался.
- Левиафаны сгорают сразу на выходе в звездную систему, - медленно проговорил он. Воспоминания всплывали на ходу. Знания, до того заблокированные, теперь раскрывались, будто понятная книга.
- Вот видишь. Сам все знаешь. Отстреливают капсулы и сгорают. Адская тварь!
- Земля не была готова, - словно в полузабытье продолжал Макс. - Я видел ее. Видел недавно. Скованная сталью, бетоном и пластиком. Много заводов. Очень много. В этом действительно была необходимость?
- Нам требовалась стартовая площадка для экспансии.
- Целая планета - огромное производство. Все ресурсы на создание новых кораблей. Множества кораблей.
- В этом и был просчет. Орбитальные платформы практически не имели вооружения. Вся их мощь была направлена на пополнение флота новыми судами. Когда вблизи планеты из ниоткуда появилось сразу несколько Левиафанов, оказалось, что нам просто нечем защищаться.
Макс замолчал. Рассказ Найта явно уничтожил один из возведенных Сверхсознанием барьеров. Теперь воспоминания метались в голове ослепительными вспышками, то и дело отдаваясь в ушах грохотом взрывов или ревом идущих на смерть скарабеев - выброшенного Левиафанами десанта. Наверняка через день-два информация устаканится, и ее можно будет использовать. А пока - только слушать.