Их взгляды встретились. Взгляд человека, знающего, на что он идет, полностью сосредоточенного на своей миссии. Человека с неясным прошлым, но с отчетливым будущим. И взгляд нелюдя - мутанта, измененного чуждым сознанием, поставленного предводителем жестоких хищников. Нелюдя, которому судьба предоставила шанс попытаться вернуть себе человечность.
Две судьбы пересеклись в одной-единственной точке.
Макс успел почувствовать нарастающий жар, а потом он оказался зажат между молотом и наковальней. Удар - и тело корежится от чудовищного натиска. Все звуки потонули в тяжелом, протяжном вое.
Когда лопнул щит, он не знал. Но, скорее всего, уже после того, как взрывная волна разворотила корпус тягача и, словно пробку, вытолкнула Макса наружу. Мир закувыркался, обливаясь пламенем и болью. Вой сменился сначала скрежетом, а потом однообразным гулом.
Бешеный ток крови отдавался в висках. Спину нещадно жгло, но сил подняться нет.
Мир окутался чем-то белым и невесомым, а потом кто-то, не особенно церемонясь, оторвал его от земли.
Когда зрение вернулось вновь, Макс увидел склонившуюся над собой Сади.
'Успела выпрыгнуть...'
Девушка стояла на коленях и с отчаянным ожесточением пыталась открыть емкость с боевым коктейлем. За ее спиной виднелось несколько пехотинцев в полной тяжелой броне.
'Неужели уцелел?'
- Я сам, - прохрипел Макс, протягивая руку.
На исполосованном кровоточащими царапинами лице Сади появилась улыбка.
- Ты крепче, чем я могла себе представить, - дрожащим голосом проговорила она.
- Где Галлахер? - спросил Макс, попытавшись подняться.
- Здесь я! - послышался голос профессора. - Кажется, 'Зрячие' о нас не забыли?
- Печально...
Макс сел, с трудом покрутил головой.
- Теперь необходимо обследование, - сказала Сади.
- Ты-то как?
Девушка невольно коснулась пальцами царапин на лице, поморщилась.
- Познакомилась с местным бетоном и теперь с уверенностью могу сказать - он твердый и шершавый.
- Профессор, а разве у нас не мир со 'Зрячими'? - спросил Макс.
- Я же говорил - организация не однородная, состоит из нескольких обособленных групп. Полагаю, ты стал для них целью номер один.
- Как приятно быть в центре внимания.
Макс медленно поднялся. Все тело ныло, словно его пропустили через мясорубку. Шагах в двадцати, недалеко от крыла лабораторного комплекса, застыл остов догорающей машины. Ее залили густой пеной, но отдельные языки пламени все равно находили себе пищу. Три из пяти дверей машины отсутствовали на местах, одна висела на единственной петле. Весь кузов словно набух: силой взрыва выперло крышу и боковые стенки.
Пехотинцы окружили место теракта широким кольцом.
- Нам бы новые колеса, - повысил голос Макс, обращаясь к пехотинцам.
- Так что насчет небольшого обследования? - спросила Сади.
- Ни к чему. Но вот в госпиталь мы заскочим обязательно...
Девушка нахмурилась.
- Не думаю, что целью 'Зрячих' являюсь только я, - пояснил свою мысль Макс. - Профессор, в особенности это касается вас и той парочки, что проходит реабилитацию в госпитале.
- Никогда не думал, что придется скрываться от тех, с кем проработал не один год... - тихо, почти про себя, проговорил Галлахер.
- Прошу прощения... - прервал их разговор металлический голос от одного из пехотинцев. - Профессор Найт обеспокоен случившимся и желает получить подробный доклад о вашем состоянии.
- Скажи ему, что мы немного задержались, даже толком не сдвинувшись с места, - сказал Макс. - И еще скажи, что мы забираем с собой Чеда Парка и Уоррена Филипса, так как они тоже могут стать объектами покушения. Да, и еще - среди вас 'Зрячие'.
Пехотинец кивнул.
- Мы будем сопровождать вас до шаттла. Транспорт сейчас будет.
- Думаю, у вас и без нас полно дел, - сказал Макс. - Достаточно транспорта, - он поморщился: спина болела зверски. - Только чтобы водитель был надежный.
- От небольшого эскорта вам не отделаться. Пара 'Церебров' - это минимум того, что я должен вам дать. Они не задержат вас. Имейте в виду - десант скарабеев на подходе.
- Договорились.
- Смотри, - окликнула Макса Сади. Девушка указывала в сторону лабораторного корпуса. Почти у самой стены одиноко замерла черная клякса.
- Он здесь откуда? - не поверил своим глазам Макс.
- Я уже готова поверить во что угодно, - в недоумении пожала плечами доктор. - Будь у нас время, я бы настаивала на серии тестов.
- Дай мне свой халат... Ну и что ты здесь делаешь? - спросил Макс, направившись к Леопольду. Кот сидел и смотрел на него, не предпринимая попыток сбежать, не выказывая страха.
За спиной раздался визг тормозов, рокот успокаивающегося двигателя.
- Нам пора! - послышался окрик Галлахера.
- Минуту, - буркнул Макс.
Он понимал, что со стороны выглядит полным идиотом. Время идет не на минуты - на секунды, а он пытается поймать кота, до которого ранее ни разу не смог дотронуться. И тем не менее что-то толкало его задержаться.
- Ты же не просто так таскаешься за мной, - проговорил Макс, стараясь ступать как можно мягче. - Или мы, наконец, выясним отношения. Или остаешься здесь, а я улетаю. Что скажешь?
Кот, продолжая наблюдать за приближающимся Максом, естественно, промолчал.
Бывший генерал скарабеев опустился на одно колено рядом с котом, протянул руку. Леопольд опустил голову к земле, прижал уши, но не зашипел и не убежал.
Стремительное движение - набросить на животное халат, поплотнее закутать. Пусть не совсем честно, но времени на установление полного взаимопонимания нет. А теперь в машину, теперь по газам.
На этот раз транспорт двигался куда быстрее. И если пристроившиеся по бокам 'Церберы' поначалу притормаживали, то уже через минуту скорости всех трех автомобилей сравнялись. Благо, внутренний двор командного центра практически опустел. Персонал и техника заняли свои позиции. Лишь изредка мимо проносился такой же тягач или тройка 'Церберов'. Один раз Максу на глаза попалось отделение 'Кондоров'. Летуны, умело управляя ракетными ранцами, барражировали над строениями, по-видимому что-то высматривая. Ракеты, оставляя за собой дымные и огненные шлейфы, продолжали уходить в небо. Десятки, если не сотни смертоносных болванок, в чьем чреве до поры сокрыты тысячи мелких стальных шариков. Такая шрапнель способна превратить в кровавое месиво любую тварь, даже защищенное толстым панцирем. Где-то над головой уже гибнет первая волна десанта. Но сколько будет таких волн?
Машина резко затормозила - и Макса бросило на приборную панель.
- Госпиталь, - проговорил водитель немного виноватым голосом.
- Сади, идем, - бросил Макс, выскакивая из салона. - Профессор, вы лучше останьтесь. Мы быстро.
Поиски в госпитале несколько затянулись. Здание завершало переход к режиму консервации, и потому встретить в его обезлюдивших коридорах хоть кого-нибудь весьма непросто. Удачей оказалось то, что Сади не растерялась и сразу направилась в приемный покой, где, по идее, должна остаться контрольная точка видео- и аудио-наблюдения. К счастью, точка быстро нашлась. Хватило всего нескольких слов, чтобы дежурившая где-то у мониторов сотрудница поняла суть дела. Она деловито кивнула и отключилась, сказав, что пациенты сейчас же будут доставлены наверх.
Ожидание, на удивление, длилось недолго. В стене рядом с приемным покоем раскрылись бронированные двери лифта - и в кабинке показались Циклоп и Чед Парк. Оба пехотинца одеты в простые синие комбинезоны. Оба на ногах. На лицах недоумение.
- Уходим, все пояснения потом, - проговорил Макс, подталкивая товарищей к выходу.
Он успел заметить изменения, произошедшие с Парком. На его шее действительно виднелись блестящие металлические скобы, стягивающие края кожи. Судя по ним, во время схватки с Азгар Д'таг в ущелье Мустанга пехотинец получил сильные внутренние повреждения. И прежде всего - многочисленные переломы. Скобы на коже показывали наличие в теле временных имплантатов, призванных усилить и снять излишнюю нагрузку с костяка и внутренних органов.