С тех пор они и стали встречаться.
Андрюша говорил, что любит. Но Татьяну настораживал тот факт, что они никогда не выходили вместе в город. А ей хотелось прогуляться с любимым в парке, сходить в кино или театр. В конце концов, узнать, кто его друзья. Однажды в разговоре он сказал, что раньше тридцати не женится. Девушка задумалась. Ей было всего двадцать пять, и она для себя решила, что можно подождать. Три года это же не так и много.
***
Ева проснулась раздраженной. И это настораживало. Обычно такого с ней не случалось: "Что бы это могло значить? Может, на работе какие неприятности будут?"
Каждое утро она ставила машину на стоянку, бодрой походкой входила и здоровалась с охранником, а потом только кивала рабочим. Сегодня определенно все было не так.
Секретарши Ирины не оказалось на своем месте, хотя рабочий день уже начался: "Что за привычка? Вечно опаздывает..."
Раздражение нарастало. В кабинете было душно. И у Евы закружилась голова. Она подошла к окну и открыла его настежь. Пахнуло ноябрьской прохладой и сыростью. Крупные дождевые капли, словно обрадовавшись появившейся возможности, брызнули в лицо. Ева дернулась и моментально пришла в чувство: "Так вот в чем проблема!"
С силой захлопнув окно, удерживаемое пронизывающим холодным ветром, она села за стол и закрыла глаза. Она поняла, наконец, свое состояние.
Залетела, как несмышленая девчонка...
— Доброе утро, Ева Александровна! Извините за опоздание... — в приоткрытую дверь просунулась мокрая голова Ирины. — Забыла зонтик. — Ирина ожидала очередного нагоняя, но директриса даже не шевельнулась.
Ева раздумывала над тем, что же теперь делать. Очень хотелось вызвать Ларису Васильевну, Ларочку, как она ее называла, чтобы обсудить создавшееся положение, поделиться, переложить таким образом часть проблемы на чужие плечи. "А что от этого изменится кроме того, что об этом будет знать еще один человек".
Лариса была хорошей подругой. Но сегодня Ева не доверяла никому. Скажи только, а потом весь завод будет знать и перемывать косточки.
С трудом дождавшись окончания рабочего дня, Ева рванула на окраину. В аптеку. Чтобы не встретить никого из знакомых.
Тест показал две полоски.
Она не испытавала ни чувства радости, ни разочарования. Ничего... Просто понимала, что с этим надо что-то делать. Легла на диван, обняла мягкую подушку, но ни одна стоящая мысль не пришла в голову. Ей — 27. Значит, надо рожать. И растить ребенка. Но только Левку она не представляла в качестве своего мужа.
Ей было страшно. Страх зародился где-то в середине живота и начал расползаться по всему телу. Ноги стали ватными. Тяжесть добралась до сердца. А все потому, что она не понимала, как такое могло произойти. Она безоговорочно доверяла Леве. Он ведь врач. Профессионал по этой части. Всё знает...
"А вдруг он специально это задумал?" — откуда появилось это предположение, Ева и не поняла сразу. А потом вспомнила эти намеки... Чтобы остаться до утра. Чтобы перейти на новый уровень... Так он все это спланировал!
Конечно, можно было бы сделать все просто. Выйти замуж за успешного доктора Прохорова, родить ребенка и жить припеваючи. Но вся беда была в том, что Ева не любила Леву. И не представляла себя в роли его жены.
На лице Евы появилась кривая улыбка: "Ну, Левка, мы еще посмотрим кто кого! Это еще не значит, что ты победил!"
Пришло время сделать первый ход в новой игре: "Теперь будем играть по моим правилам..."
Продолжение
Глава 8. Тот, кто не бросит, не предаст
Мысль о том, что Лева ее таким образом решил склонить к браку, не давала покоя.
Ева автоматически сварила чашку кофе, выпила ее, стоя у окна, затем оглядела свою квартиру отрешенно, вышла в прихожую и начала одеваться. Накинув куртку, она услышала, как крупные дождевые капли застучали в стекло. Но эта непогода, разбушевавшаяся так не вовремя, ее не остановила. Машинально взяла с вешалки зонтик и вышла в подъезд.
Больше находиться дома одна она не могла. Замкнутое пространство давило так, что становилось трудно дышать. Хотелось вырваться на свободу.
В этот ненастный ноябрьский вечер улицы были пустынны. Еще не было темно, но сумерки уже опускались на город, заставляя одиноких пешеходов ускорять шаг, чтобы побыстрее оказаться в спасительной теплоте. Мимо мелькали проезжающие автомобили, освещая фарами дорогу.
Ева свернула в парк. Здесь уже было уединенно. Гуляющие один за другим покидали место, где становилось неуютно.