- А ты, - поправилась Лина, - давно тут живешь?
- Примерно пятьдесят лет.
Девушка недоверчиво покосилась на родственницу.
Пятьдесят лет? Но каков тогда ее настоящий возраст?
Медея грустно ей улыбнулась и отдернула рукав кардигана. На запястье красовалась темно-бордовая татуировка.
- Печать клана, - догадалась Лина, - И кто ваш… твой опекун?
- Пауль
- Но почему печать клана…?
- Для фамилиара я не слишком важная персона, но клановое клеймо дает дополнительные года жизни, а значит больше времени для опытов и экспериментов, - Медея слегка пожала плечами, словно не придавая этому циничному объяснению ничего особенного.
Лина же в ответ лишь поморщилась. Даже живя с понтификом и порой до хрипоты споря с ним по поводу его отношения к смертным, она так и не смогла привыкнуть, что для большинства вампиров простые люди значат меньше чем вещь.
- Но как ты тут оказалась?
- Меня продали…
- Продали? - ошарашенно ахнула девушка.
- Мой дед был сильным ткущим, - объяснила тетя Медея, - А во мне, как выяснилось, сильна именно его линия генов. Меня продали на опыты в десять лет, как раз наступил переходный период и стало понятно, что активной мне не быть. Мы, кавказские девушки, рано взрослеем.
- А кто продал?
- Второй понтифик, Марк. Паноптикум ведь его детище…
…
Сразу же по приезду в Москву, Марк перечислил на счет Пауля приличную сумму денег, чтобы Лина могла прожить месяц за границей , ни в чем себе не отказывая, и спокойно “поправлять здоровье в пансионате после тяжелых летних событий”. Именно такая версия озвучивалась всем, кто интересовался пропажей гемофага. Настоящую причину знали лишь единицы, а они умели держать язык за зубами.
Сам понтифик ежедневно созванивался с Линой, обычно по вечерам. Он чувствовал почти физическую необходимость слышать ее голос и понимать, что у девушки все более-менее в порядке. Лина говорила ему всегда именно так: она в норме, считает дни до возвращения, а Пауль свое обещание держит беспрекословно. Они смеялись, шутили и признавались в любви, рассказывали, как скучают друг без друга, и что первым делом сделают, когда месяц подойдет к концу. Лина неизменно краснела в этом отрывке разговора, потому что Марк обычно свои фантазии рассказывал очень подробно и красочно. Но положив трубку, она чаще всего сидела одна в темноте и тихо плакала от отчаяния, понимая, что все чувства понтифика на самом деле фальшивы.
В этом Лина убедилась уже через неделю, когда Пауль, выполняя свое обещание, пригласил девушку в Центр для встречи с телепатом.
Утром за ней заехала Тереза. Женщина была исполнительна и ответственна, достаточно неплохо знала русский язык и помогала Лине обустроиться на новом месте. К тому же смертная сотрудница Пауля была молчалива и скупа на эмоции, что весьма радовало девушку. Общаться с незнакомыми людьми ей не очень хотелось, слишком о многом надо было подумать.
Пауль ждал Лину в своем кабинете, рядом с ним стоял невысокий жизнерадостный толстячок, заражающий позитивом одним своим видом. В белой рубашке и костюмных серых брюках он выглядел почему-то нелепо, но в то же время располагающе.
- В первый день мы с вами заключили соглашение, - начал Пауль без предисловий, - Вы проходите несколько моих тестов, я в ответ предоставляю вам телепата.
Лина молча кивнула головой. Она действительно каждый день приезжала в Центр и проводила там первую половину дня, сдавая различные анализы и проходя обследования. Свою часть договора девушка считала выполненной.
-Я специально нашел для вас телепата, хорошо знающего русский язык. Александр Игоревич согласился поработать с вами, - механик кивнул на толстяка, - Он неплохой телепат и, что самое главное, умеет молчать, когда надо. О вашей сегодняшней встрече никто не узнает.
Повинуясь просящему взгляду Лины, Пауль вышел из кабинета и оставил их одних.
- Так что вы от меня хотите, уважаемая Алина Дмитриевна? - на чистом русском уточнил у девушки телепат.
Лина коротко объяснила задачу и указала, с какого периода нужно поднимать воспоминания. Мужчина понимающе кивнул, пригласил ее сесть в кресло, сам устроился в таком же напротив. Поднял руки и сконцентрировался.
Работа была несложная, Лина сама хотела сканирования и не собиралась ему мешать.
Девушка хотела знать точно - были ли воспоминания об изменении судьбы Марка настоящими или их внушила Лине телепатка погибшего Владимира, выполняя его приказ о пытках бывшего гемофага.
Она расслабилась, чтобы мужчине было проще работать, закрыла глаза. Лина оговорила Александру Игоревичу, что поднимать все надо с подростковых лет, ведь именно тогда ее талант вступил в свою силу.