— В реальном времени? — спросил Квин.
— Почти. Однако мы не сможем следить за ее перемещениями.
Орландо склонилась над клавиатурой, а Квин не сводил глаз с экрана. Однако его интересовало не само изображение на мониторе — он вспоминал набор символов, которые вводила Орландо. В них было что-то знакомое.
Квин убрал руки за спину и тряхнул головой, стараясь прояснить голову. Потом направился в ванную — и вдруг понял, почему символы показались ему знакомыми.
Он бросился обратно на кухню.
— Где Нейт? — спросил Квин.
Орландо подняла голову.
— Вышел.
Квин побежал к задней двери и распахнул ее. Нейт сидел на ступеньках, в его руках был стакан с холодным кофе. Он посмотрел на выглянувшего из-за двери Квина.
— Что? — спросил Нейт.
Через две минуты они снова собрались в кухне. Нейт принес листок бумаги из сумки, оставленной наверху. Квин сравнил его с копией, которую хранил в своем бумажнике, и удостоверился, что не ошибся.
На обоих листках были написаны одни и те же цифры и буквы, скопированные со стены контейнера, в котором умер Маркофф.
45KL0908NTY63779VLP
Подобный ряд символов Орландо использовала для того, чтобы определить местонахождение телефона Дженни.
— Проверь их, — сказал Квин.
Он протянул оригинал Орландо. Она посмотрела на листок, потом перевела взгляд на Квина.
— Это та надпись?..
— Да.
— Будь я проклята! — воскликнула она. — Это идентификационный модуль телефона.
— Сим-карта? — спросил Нейт.
— Нечто вроде того.
Орландо вновь вызвала два пустых блока ввода данных, заполнила сначала первый, а потом второй. Но теперь во втором оказалось не пять символов, а девять.
— Два последних символа — ты имел в виду LP? — спросила Орландо.
— Да. Я показал листок Блэкмуру, но на него произвели впечатление только два последних символа.
— Ну, я могу совершенно определенно утверждать, что они не имеют ни малейшего отношения ко всему остальному, — сказала Орландо. — Они лишние.
— Ты уверена?
— Абсолютно.
Получалось, что две буквы сами по себе являлись сообщением.
— Знаешь, — проговорила Орландо, продолжая смотреть на листок с символами, — если бы ты показал мне все раньше, я бы тебе сразу сказала, что это такое.
Нейт фыркнул.
— Если не ошибаюсь, я предлагал обратиться к Орландо.
— Просто покажи мне, где она, — попросил Квин.
Орландо нажала на ввод. Экран опять на несколько мгновений потемнел. Когда появилась карта, Квин сразу узнал Азию.
— Хорошая новость: микросхема все еще активирована, — сообщила Орландо.
Она начала увеличивать картинку раньше, чем Квин успел заметить, где находится синяя точка. Вновь появился полуостров Малакка, к югу от Таиланда. Но теперь Куала-Лумпур остался в стороне, а изображение перемещалось на юг, на самый край полуострова, пока не замерло над островом.
— Посмотрите-ка, — сказал Квин. — Сингапур.
Орландо продолжала увеличивать изображение. Желтые линии показали границы залива, затем появилась река Сингапур. Квин узнавал набережные: Боат, Кларк, Робертсон. Изображение все увеличивалось. На этот раз Орландо удалось приблизить его гораздо больше, чем при идентификации сотового телефона Дженни. Появились улицы, затем очертания зданий.
В конце концов на экране появилось одинокое здание, стоящее на берегу реки. В центре здания виднелась горящая синяя точка величиной с крышку от бутылки. Она пульсировала.
Глава 21
— Я выхожу из дела, — сказал Маркофф.
— Правильно, — ответил Квин.
Они находились на яхте в парке Мишн-Бэй, в Калифорнии. Маркофф взял напрокат яхту на целую неделю, но они впервые вышли в море.
Они сидели возле кормы; Маркофф управлял яхтой, а Квин устроился рядом и пил ром и кока-колу из пластиковой бутылки.
— Нет, я серьезно, — продолжал Маркофф. — Ну, не совсем. Однако в поле я больше работать не буду. Мне предложили место в офисе.
Квин с трудом представлял себе, как Маркофф будет сидеть в офисе, ходить на совещания и весь день перекладывать с места на место бумаги.
Он посмотрел в сторону маленького камбуза, где переодевалась Дженни.
— Это все она? — спросил Квин.
Маркофф улыбнулся.
— А ты как думаешь?
— Я думаю, что ты попал в незнакомый мне мир, — ответил Квин и приложился к бутылке.
— Он не так плох, как кажется. Настанет день, и ты сам захочешь попробовать.
— Сомневаюсь.