— И откуда ваш хозяин узнал обо всем этом?
— О, мы, можно сказать, получили подарок от богов. Наши агенты случайно перехватили несколько писем. Еще раз прошу, мой господин — отошлите своих людей.
После короткого размышления Мераджио что-то проворчал и раздраженно махнул своим помощникам. Те почтительно посторонились, но продолжали глядеть во все глаза.
— Поверьте, за вами охотятся очень серьезные люди, — начал излагать Локки. — По нашим сведениям, они наняли убийцу-лашенца, вооруженного арбалетом. В помощь ему приставлен картенский контрмаг. Этот стрелок — практически неуловимая личность, к тому же он крайне редко промахивается, тем более, когда задействованы такие суммы. Можете гордиться, мастер Мераджио — за вашу жизнь назначили плату в десять тысяч крон.
— Однако все это выглядит невероятным, мастер… — банкир вопросительно умолк.
— Мое имя в данном случае не имеет никакого значения, — отрезал Локки. — Пойдемте со мной в служебное помещение. Вы сами сможете поговорить с Бенжавьером.
— Вы имеете в виду зал отдыха позади кухни? — нахмурился банкир. — Но где гарантия, что вы сами не пытаетесь заманить меня в ловушку?
— Мастер Мераджио, вы стоите от меня на расстоянии вытянутой руки. И, прошу заметить, одеты в шелк и бархат, а не в кольчугу. Да если бы мой хозяин желал вашей смерти, то поверьте, ваши кишки уже были бы намотаны на эти перила! Я не жду от вас благодарности, вы можете не любить меня, но, во имя всех теринских богов, не отказывайтесь от моей защиты! Не разочаровывайте капу Разо.
— Ладно, ваша взяла. А что, этот новый капа столь же серьезная сила, как и Барсави?
— Барсави в рыданиях умер у ног капы Разо, и не только он, но и все его потомство. Выводы можете сделать сами.
Мераджио опять нацепил свои очки, поправил орхидею и решительно взял Локки под руку.
— Я готов идти с вами, — сказал он. — Показывайте дорогу.
Бенжавьер и его охранники испуганно вздрогнули, когда дверь внезапно распахнулась, и в комнату ворвались Мераджио с Локки. Похоже, они хорошо знали, что такое плохое настроение хозяина. А то, что было написано на лице у Мераджио, вселяло в них самые мрачные предчувствия.
— Бенжавьер! — прогрохотал банкир. — Я не могу поверить! После всего, что я для вас сделал… После того, как я взял вас в банк и уладил все неприятности с капитаном вашей старой лохани… Нет, у меня просто нет слов!
— Простите меня, мастер Мераджио, — пробормотал несчастный официант. Щеки его были мокры, как крыша дома в грозу. — Мне так жаль! Я не думал, что так выйдет…
— Не думал?! Значит, то, что мне рассказали — правда?
— О да, чистая правда, мастер Мераджио. Все это правда, но я ужасно сожалею. Умоляю, простите меня… я никогда больше…
— Замолчи, чудовище!
Банкир стоял, разинув рот, как человек, неожиданно получивший пощечину. Он оглядывался по сторонам, будто впервые видел и этот зал, и одетых в мундиры стражников, будто перед ним вообще были не люди, а монстры. В какой-то момент казалось, что он вот-вот упадет в обморок. Однако Мераджио взял себя в руки и, сжав кулаки, резко обернулся к Локки.
— Расскажите все, что вам известно, — потребовал он. — И, клянусь богами, все, кто замешан в этом деле, узнают, на что способен старый Мераджио!
— Давайте сосредоточимся на главном, — перебил его Локки. — Прежде всего вам надо пережить сегодняшний день. Насколько я знаю, ваши личные апартаменты находятся здесь же, на четвертом этаже?
— Именно так.
— Давайте немедленно поднимемся туда, — предложил Локки. — А этого мерзавца пусть пока запрут в складском помещении. Мы сможем заняться им позже, когда все утрясется. В настоящий момент время работает против нас.
Официант вновь разразился бурными рыданиями, но Мераджио с отвращением отвернулся.
— Отведите Бенжавьера в какой-нибудь сухой склад и посадите под замок, — кивнул он двум охранникам. — Вы будете его охранять. А что касается тебя…
Привратник как раз высунулся из-за угла. Наткнувшись на грозный взгляд начальства, он покраснел, как вареный рак.
— Если кто угодно посторонний… Ты слышишь, я сказал — кто угодно, пусть хоть малый ребенок, — войдет в эту дверь, то я сам отрежу тебе яйца, а на их место вставлю горящие угли. Тебе ясно, болван?
— Д-да, мой господин… а-абсолютно ясно, м-мастер Мераджио.
Банкир круто развернулся и вышел из комнаты. На сей раз Локки едва поспевал за ним.
Цитадель Джанкано Мераджио располагалась на верхнем этаже здания и по своему стилю вполне соответствовала изысканному костюму банкира. Все тот же безупречный вкус, ничего кричаще-го и нарочитого. Казалось, что этот человек находит удовольствие в использовании материалов в их естественной, первозданной красоте.
Обитая сталью дверь захлопнулась у них за спиной, лязгнула защелка сложного вераррского замка. Мераджио и Локки остались наедине. Чаша миниатюрных водяных часов на столе у банкира как раз наполнилась доверху — это означало час пополудни.
— Итак, мастер Мераджио, вы не должны покидать пределов этой комнаты до тех пор, пока мы не обезвредим убийцу. По нашим подсчетам, он должен объявиться сегодня, где-то между часом и четырьмя.
— Могут возникнуть проблемы, — нахмурился банкир. — Я, знаете ли, работаю… Мое отсутствие на этаже сразу же заметят.
— Не обязательно, — пожал плечами Локки. — Разве вы не заметили, что мы с вами примерно одинакового сложения? Так вот, это не случайно — капа Разо нарочно выбрал такого человека. Если я встану в тени на четвертом ярусе, то вполне смогу сойти за вас.
— Вы предлагаете устроить маскарад?
— Из перехваченных писем мы поняли, что убийца не имеет вашего детального описания. Это нам очень на руку. По сути, он получил указание проникнуть в здание банка и стрелять в человека, который носит дорогой темный бархат и крупную орхидею на груди. Если я надену вашу одежду, приколю цветок и встану на вашем обычном месте на галерее, то почти наверняка болт, предназначенный вам, полетит в мою сторону.
— Прошу меня извинить, но мне как-то с трудом верится в такое самопожертвование. Вы же не святой, в конце-то концов. Либо приходится сделать вывод, что вы сильно преувеличиваете опасность.
— В свою очередь извиняюсь, мастер Мераджио, но, должно быть, я неясно выразился. Если я не выполню свой долг в отношении вас, капа Разо в любом случае убьет меня. На мой взгляд, лучше рискнуть и попытаться увернуться от объятий Всемилостивейшей Госпожи… Кстати, я большой специалист в этом деле. И последнее соображение — это награда, которая ждет меня в случае благополучного исхода. Уверяю вас, она достаточно велика, чтобы встать на пути арбалетного болта.
— А что же мне делать в эти часы?
— Просто заприте двери понадежнее и отдохните в своих апартаментах, — посоветовал Локки. — Займитесь чем-нибудь приятным. Полагаю, ждать вам придется недолго.
— И что же произойдет, когда убийца все-таки выстрелит?
— Должен сознаться, что я не единственный агент, которого бросили на это дело. Помимо меня, в здании банка присутствуют еще по меньшей мере шестеро. Некоторые из ваших сегодняшних клиентов — вовсе не клиенты, а самые крутые и опытные бойцы капы Разо. Они умеют действовать тихо и быстро. Как только убийца проявит себя, они тут же возьмут его. При том количестве стражников, какое находится в вашем банке, он даже не поймет, кто именно его накрыл.
— А если вам не удастся увернуться, и болт все-таки попадет в цель? — продолжал допытываться Мераджио.
— Тогда я умру. Зато вы останетесь живы, и мой хозяин будет вполне доволен, — просто сказал Локки. — Видите ли, поступая на службу, мы приносим клятву. Я присягнул служить капе Разо жизнью и смертью. Так что чему быть, того не миновать.