Голоса стихли, осталась только музыка, телевизор и хруст панцирей. Бармен без слов наполнил стакан Никиты, а молодой охранник так и не оторвался от интеллектуальной битвы знатоков со зрителями.
– Ник, подлей шампанского, у тебя руки чистые, – приказала Страшная Валя.
Думая, что обращаются к нему, Никита тоже поднялся из-за стойки и начал откупоривать бутылки.
– Так и знал, что все сожрете, – сказал пожилой охранник и, не найдя места для второго блюда, поставил его на барную стойку, роняя мандарины.
– Садитесь с нами, дядя Вить, – предложила одна из девушек.
– Че, салаты-то будут? – извлекая из-под столика початую бутылку водки, спросил охранник. Потом поискал чистый стакан и, решив, что коньячный бокал вполне сгодится, налил и выпил.
– Спой нам, Вить, – откинулась на кресло Страшная Валя, вытирая руки полотенцем.
– Любви все возрасты покорны… – так низко, что Никита вздрогнул, запел охранник.
– Пойдем наверх, – шепнула на ухо Вика и потянула Никиту за рукав.
– Но юным, девственным сердцам ее порывы благотворны, как бури вешние полям… – продолжал Витя, пока они поднимались по лестнице.
Они лежали в темноте, и гул голосов снизу звучал неразборчиво и тихо. «Какие толстые стены, – подумал Никита. – И отопление как надо работает».
Он погладил теплое Викино бедро, она обняла его, прижимаясь всем телом.
– Знаешь, я человека убил, – признался разомлевший Никита.
– Я тоже, – негромко ответила Вика, встала с кровати и неслышно прошла в угол. На несколько секунд открытый мини-холодильник осветил ее, сидевшую на карточках. После этой маленькой вспышки в комнате стало еще темнее.
– Расскажешь?
– Фисташки будешь? – раздался голос Вики. – Нечего особо рассказывать. Мы с подругой постарше решили клофелинщицами заделаться, ходили по барам в Тольятти, искали мужиков, ну, дальше ясно: едешь к ним на хату, подливаешь клофелин, они вырубаются, потом выносишь деньги или че там есть. Пару раз все нормально прошло, а потом попались два бандита. Все – как обычно, но один прям тварь – хамит, лапает, а главное – никак его клофелин не берет. Его друг в отключке, а этот одурел хуже животного, глаза стеклянные, но не падает. Мы с подругой перепугались, уйти хотели, он дверь запер, ее ударил и потащил в спальню трахать и только потом уснул. Подруга сама в каком-то ступоре, а я взяла и ему, спящему, весь пузырек в рот вылила. Мы ушли, а через несколько дней нас менты повязали, оказалось, что тот урод так и не проснулся, а друг его на нас показания дал.
– Дела, – произнес озадаченный Никита. – Как ты из милиции-то выбралась?
– Так Валя за мной и пришла. – Холодильник снова открылся, Вика достала «Фанту». – Подруга все на себя взяла, а Валя меня забрала.
– Ты у нее, получается, работала уже?
– Дурак, – рассмеялась Вика. – Она так девочек собирает. Куда я теперь от нее денусь?
– Неправильно это как-то, – подумав, сказал Никита.
– А че? На зоне лучше сидеть? – снова легла рядом Вика.
– Все равно не понимаю, ты же здесь… – «Как в тюрьме», – хотел сказать Никита, но подобрал другое слово: – Не свободна.
– Здесь хорошо, безопасно, еще и деньги такие, что мне в жизни не заработать. Скоплю, а потом заживу как захочется. Ты вот свободен?
– Где вы клофелин-то брали? – не расслышал или не захотел отвечать Никита.
– Да в аптеке же, – тихо-тихо, дурачась, ответила Вика, приближаясь к его лицу.
Поцелуй был сладким от газировки и соленым от фисташек. Он обнял ее, а потом резко перевернул и оказался сверху. Она рассмеялась.
– Любви все возрасты покорны, но юным, девственным сердцам… – прорвался снизу Витин бас.
– Он что-нибудь еще знает?
– Когда пьяный, только это поет. Ты-то как убил, бандит?
– Да обычно, – потерял интерес к теме Никита.
– Говорят, твой Кит на Безымянском рынке фейерверками торгует.
– Шутишь?! – отпустил ее Никита.
– Бандит один за рулеткой рассказывал, – снова притянула его к себе Вика.
Хотя они старались не шуметь, спускаясь вниз, но Валя все равно их услышала. Она была в той же одежде, что и вчера, с помятым от похмелья лицом.
– Натанцевался, царевич? – глухо спросила она, отрываясь от стакана воды. – Чего крадетесь? Все равно ключи у меня.
Зал мерцал огоньками гирлянд, на столах грудились растерзанные раки, а на полу лежали бутылки из-под шампанского. Никита посмотрел на пустую коробку и удовлетворенно отметил, что подарок он выбрал верно. Думая, что он не видит, Вика и Валя обменялись короткими кивками. Никита правильно отнес это на свой счет, но ошибся в причине.