Новая жизнь меня полностью устраивала. С утра на пары, потом на работу. Каждая свободная минута - только учёба! Я за целый месяц даже со всеми одногруппниками толком не перезнакомилась. В перерывах между парами тоже училась. Мне соседок по комнате для общения по минимуму вполне хватало.
Посетителями в кафе, где я работала, в основном, были богатенькие студенты, особенно по вечерам. Чаевыми они не баловали, зато вредничали и насмешничали постоянно, парни иногда цеплялись, девушки отпускали презрительные замечания. Наверное, поэтому желающих работать официантками здесь было мало и мне удалось так легко устроиться. Часто бывали и обычные студенты с родственниками, правда к концу сентября такие клиенты приходили всё реже. Старшее поколение о чаевых не забывало, и мы с напарницей обслуживали таких посетителей строго по очереди.
Однажды, я уже побежала к столику принимать заказ, и едва успела спрятаться за квадратной колонной в последний момент, перед тем, как меня могли заметить. В кафе за столиком сидел Даманский с родителями. Надо же! И в мою очередь! Я, не смея отойти от спасительно укрывающей меня колонны, знаками попросила Катю, напарницу, обслужить их столик.
Мне жутко хотелось немедленно спрятаться в подсобке, но кафе было абсолютно пустое, любое движение могло привлечь внимание кого-то из Даманских, и я бы себя обнаружила. Оставалось только стоять, вытянувшись столбом, и ждать подходящего момента, чтобы смыться.
- Сынок, ты до сих пор на нас сердишься? – приторно-сладкий голос Сашиной матери можно было вкушать с чаем вместо мёда.
- Сын, эта девочка приносит тебе одни неприятности, и со временем ты поймёшь, что чем дальше ты от неё, тем лучше, - суровый бас его отца таил в себе извиняющие нотки.
- Ты из-за неё попал в полицию! Потом, этот безобразный скандал на выпускном, который она спровоцировала своим бесстыжим номером! Бедные её родители! – мёда в визгливом голоске мамаши поубавилось.
- Если у вас с ней настоящее чувство, судьба сама сведёт. Ты пока учись, сын. Выучишься, начнёшь работать и найдёшь её, - примирительно-успокаивающе произнёс отец.
- Вряд ли эта бестолочь куда-то поступила. Вернёшься домой и найдёшь её в том же болоте, где оставил. Никуда она от тебя не денется! Если захочешь искать к тому времени, – фыркнула мать.
- Хватит, – глухо произнёс Даманский. – Сменим тему.
Тут в кафе с шумом вошла толпа посетителей человек двадцать. Похоже, целой группой пришли. Я между ними быстро юркнула в коридор, и дальше, на кухню.
В кухне прислонилась спиной к стене за холодильником и замерла, снова и снова прокручивая в мыслях подслушанный разговор. Повариха, тетя Маша, самозабвенно вертелась возле кастрюль и сковородок, совершенно не обратив на меня внимания. В это время дня она ещё работала одна. Через час подойдут два помощника - Денис и Рома. Они оба только в этом году закончили обучение и теперь зарабатывают себе стаж, пока не подыщут местечко получше и более престижное.
Я уже успокоилась и приноровилась к новой реальности, а семейка за столиком снова замутила воду, всколыхнула, осевшие на дне души, горечь, обиду, разочарование. Мне глубоко опостылел Даманский после того, что он сделал со старым зеркалом во дворце культуры. В первые дни мне порою казалось, что он не вещь уничтожил, а убил мою родную семью, и я даже глубоко, от души, его ненавидела в такие моменты. Потом, конечно, попустило, не умею долго злиться, но смотреть в его сторону после всего, что было, я больше решительно не хотела.
День за днём изо всех сил я пыталась принять сложившуюся реальность и научиться нормально жить дальше в этом мерзком мире. Очень старалась не возненавидеть Маринкиного папашу за то, что он так похож на моего, но не он, да ещё такой грубый и неприятный. Ненависть разрушает, а мне нужно было создавать. Сделать себе новую нормальную реальность. Миллион и один раз ругала себя за то, что оказалась здесь! Но смысла всю оставшуюся жизнь посыпать голову пеплом не видела.
«Всё не так плохо», - снова и снова уговаривала я себя, строя планы на своё новое будущее в чужом мире. - «Я здорова. У меня есть намеченный жизненный путь. Родителей Марины, злобных одноклассников и озабоченного Даманского нужно пока просто убрать от себя подальше самым простым способом - оказаться от них на большом расстоянии».
Так родилась идея поступить учиться в ВУЗ, расположенный в другом городе.
Прижавшись лбом к прохладной боковице холодильника, и прокручивая в памяти слова родителей Даманского, я начала понимать, что не только я стремилась избавиться от Маринкиного окружения. От неё, то есть, от меня, родители Саши тоже постарались оградить своего драгоценного сыночка. И отправили родное чадо учиться в другой город. Помню, Даманский говорил, что отец владеет строительной фирмой. Значит, он тоже учится в моём университете. Вот, засада!