Девчонка сдалась: невеликое расследование наводок не дало и новостей не прибавило. Значит, не сошлась планида, как любит умничать папа.
Ну и фиг с ним, с Ромой. Она видела данного субъекта единственный раз в жизни, если больше не увидит, это, по сути, никак не повлияет на ее дальнейшее существование.
Внутренние кошки заскреблись всеми лапами, поднимая бурю протеста.
Ну, кто объяснит, как случилось, что независимая и подкалывавшая подружек Дикая Арь умудрилась втрескаться по уши с первого взгляда?
Глава 9. Непонятно
Звонок в дверь вывел из ступора. Спина ноет: видимо, Арька задремала, сидя в компьютерном кресле. Она глянула на часы: что-то соседка зачастила…
Низовцева не стала эксплуатировать глазок, ибо не ждала посторонних.
- Привет!
Сияя ослепительной улыбкой, на площадке толокся… Рома.
Арька от потрясения безмолвствовала, привалившись к дверному косяку.
- Не ждала?
От его жизнерадостного тона девчонку затрясло. При свете дня парень выглядел еще эффектнее, чем поздним вечером. А какие озорные искорки отплясывают в его глазах, собравших все оттенки серебра! И такой мягкий контраст создается с блондинистой шевелюрой… Не человек, герой романа.
- Зайти-то пригласишь? Или предки дома?
- Н-н-нет… В смысле… предков нет, а зайти - да. Да! Заходи!
Арька отпрыгнула в глубину прихожей. Рома, ни на секунду не переставая улыбаться, протиснулся мимо нее. Оглянувшись на гостя через плечо, Низовцева вдруг подумала, что эта его улыбка выглядит неестественно, точно парня обязали растягивать губы против воли.
- Как ты узнал, где я живу? - Чуть испуганно спросила Арька.
- Здрасьте - приехали! Я же сам тебя вчера домой привел! Неужели забыла?
- Но… не до квартиры ведь, - пробормотала девчонка, у которой никак не пристраивался этот кусочек пазла.
- Вполне хватило того, что я знаю дом. Поспрашивал во дворе. Представляешь, девчонку с красными прядями и заколками-скелетами трудно не замечать…
Звучало просто и понятно, но все же холодок страха не отпускал. Низовцева, еще час-два назад терзавшаяся от мысли, что никогда больше не встретится с ночным попутчиком, сейчас, положа руку на сердце, не испытывала горячей радости от разворота реальности на сто восемьдесят градусов.
Рома без стеснения прошел в комнату, говорил громко и весело, но тоже как будто принужденно. Что за дикое сочетание? Почему он такой… ненастоящий?
- Слушай, ты словно меня не узнаешь, - он, наконец, прервал свой монолог, из коего Арька не уловила ни грамма смысла.
- Узнаю, Ром. Просто… мне странно. Ты вот так внезапно образовался под моей дверью…
- А что было делать? Я же не успел спросить твой номер телефона. Пришлось импровизировать.
- Лестно, - хмыкнула Арька. - Только не говори, что я настолько незабываемая и твой личный краш.
- Окей, пока не буду. Слушай, давай уже, может, по чаю, а? Поболтаем, ты ко мне привыкнешь…
Рома опять улыбался, и у девчонки не было сил отвести взгляд - магия лица завораживала.
- Налью чайник.
Арька удалилась на кухню: хорошо, пироги Тамары Ивановны не успела все приговорить. И конфеты вроде оставались.
Пока Рома в ванной мыл руки, Низовцева хозяйничала, организуя чаепитие. На душе было тревожно, но не совсем понятно, какая птичка-невеличка баламутит озеро.
Некоторое время спустя Арька сообразила, что ее напрягает: Рома еще так и не показался на кухне. Чего, спрашивается, столько торчать в ванной? У него десять рук вместо двух, или он решил заодно и душ принять? А может, его в слив засосало? Девчонка нервно хихикнула. Но даже если так, почему не слышно, как льется вода? Она навострила уши: кран словно и не открывали. Ни одной капли не упало в раковину.
Арька психанула: да что за фигня, в конце концов?! Кем этот Рома себя возомнил?!
Низовцева, не церемонясь, резко распахнула дверь, намереваясь высказать самонадеянному красавчику все, что о нем думает.
- Ты совсем, что ли, краев не видишь?! - Начала девчонка, но на этом речь ее оборвалась.
Рома стоял на выложенном плиткой полу, слегка нависая над ванной, точно ему плохо. Лицо парня было не просто белым, а будто бы с налетом синевы, черты заострились, как у покойника в гробу, руки безвольно вытянулись вдоль тела. В его облике сейчас осталось так мало живого, что Арька взвизгнула, отшатнулась и сей же час прижала ко рту ладонь.
- Кто ты? Зачем пришел ко мне? - Хрипло спросила она, с ужасом глядя на нелепую фигуру, которую теперь никак нельзя было принять за давешнего симпатягу, пленившего ее сердце. - Или нет, неважно! Не говори! Просто уходи, ладно?