- Вдруг мне почудилось, будто эти струи ведут себя отнюдь не так, как им положено природой. Присмотрелся - определенно, я не ошибся: они сливаются, превращаясь в пятерни с длинными пальцами. На лобовом стеле, с обеих сторон водительского сиденья по окнам скользили водяные руки. Причем не бессистемно - они явно пытались проникнуть внутрь салона. Пока я закрывал и открывал глаза, пытаясь увериться, что мне мерещится из-за непогоды, они, похоже, нашли лазейку. Во всяком случае очнулся я от того, что ногам мокро: вода поднялась по щиколотку. И тут машина поехала. Сама. Клянусь, чем хотите: я совершенно не владел управлением - руль проворачивался, тормоза не срабатывали.
- А дальше что? - Упавшим голосом спросила Арька.
- Дальше я влетел в кювет, долбанулся как следует, но хоть не насмерть и без серьезных травм. Проезжавшие мимо вызвали гайцов и скорую. Вот и провозились. Самое смешное: все, как один, поражались, где я умудрился воды в салон набрать, - на небе ни облачка и водоемов поблизости нету. Как будто я сам знаю…
- Ладно, хорошо, что домой добрался живым, - вздохнула мама, предпочитая игнорировать тему сверхъестественного.
- А машина, папа?
- А машина на техосмотре. Завтра узнаю, что с ней стряслось. Может, ремонт серьезный требуется…
Перед сном Арька получила еще один подмигивающий стикер.
***
«Достаточно, или продолжить?»
Ну, хотя бы с однообразием покончено. Арька так устала морально от событий последних дней, что на утреннее послание отреагировала без эмоций. Внутри не осталось ничего, кроме отчаяния. Эти сообщения казались неизбежными и вечными, как наказание в аду, на которое ее за что-то обрекли. Или нет: она сама себя обрекла… Надо был ей этот проклятый суженый!
«Оставь в покое моих родителей! Что тебе от них надо?!»
«От твоих родителей? Абсолютно ничего. Мне нужна только ты, Арь».
«Ты их убьешь?!»
«Если помешают нам быть вместе».
Какой ровный ответ. Впрочем, чего ожидать от того, кто мертв? Его сердце не бьется, кровь давно остановила бег и остыла.
Нервы у Арьки сдали: она ревмя ревела, и слезы лились прямо на экран смартфона. Из-за ее глупости и трусости могут погибнуть родители!
«Не трогай маму с папой, пожалуйста!»
Переписка зависла минуты на две, словно Рома размышлял над ответом.
«Встретимся сегодня в восемь?»
«Да».
«Отлично. Приходи на наше место на пристань. Давно на катамаранах не катались».
***
На свидание Арька шла, как на казнь, хотя старалась казаться радостной, чтоб родители не заподозрили неладное. Она боялась подставить их хоть одним жестом: Рома ясно дал понять, на что он способен, - у него слишком мало времени. Он должен заполучить суженую навеки не позднее, чем через дюжину дней.
Низовцевой было бы легче, если б прорезалась Окса, но та оставалась недоступной на всех направлениях. Что-то случилось? Или просто перехотела ей помогать? Никто в здравом уме не осудил бы за это, включая саму Арь, но думать о таком исходе совсем невыносимо.
***
Девчонка увидела своего кавалера сразу. Он примостил пятую точку на ограду в тени липы. У дощатого причала ожидал пассажиров катамаран, белый, как легендарный конь. Жаль только принц с того света.
Как же Арька их ненавидела, катамараны эти!
- Привет!
- Привет.
Надо же: сейчас в Роме никто бы не предположил выходца из мира мертвых, если б не знал всей истории. Совершенно нормальный парень - спортивный, красивый, с улыбкой, достойной рекламировать зубную пасту. Лишь выражение глаз застывшее, но чтобы это заметить, следует продемонстрировать наблюдательность Шерлока Холмса.
- Я соскучился, - ослепительно улыбаясь, Рома шагнул к Арьке и взял ее за руку.
«А я нет», - подумала девчонка, но вслух высказать не решилась: опасалась лишний раз драконить парня - кто знает, кому отольется ее дерзость. Поэтому пришлось вымучить нечто, похожее на ответную улыбку.
- Идем кататься! - Он был воодушевлен и весел, совсем как обычный подросток, дорвавшийся до встречи с симпатичной ему девушкой.
Низовцева уже почти готова была поверить в то, что все случившееся прежде лютый бред, порожденный горячкой, но рука, сжимавшая ее ладошку, обжигала мертвым холодом.
- Давай ты первый, - сказала Арька, изо всех сил отсрочивая роковой миг, когда ей придется ступить на палубу, - поможешь мне спуститься.
- Окей! - Рома не возражал. Спрыгнул по-заячьи шустро и поднял к ней радостное лицо, протянул руку, - прошу вас, моя прекрасная леди!
«Моя» неприятно резануло. Как знать: может, с этой прогулки она уже не вернется, но если ты груздь, твое место в кузове. Девчонка, вдохнув побольше воздуха, занесла ногу…