На этой мысли Низовцева, наконец, осторожно приподняла одно веко. Мир виделся как через целлофановый пакет - неопределенный и смазанно-мятый.
Тем не менее, она хотя бы не в гробу, а снова в избушке, судя по всему: не такой, в какую заманила коварная мавка, но и на дом Хозяйки Костей не похожа. Ни единого окна, лишь голые серые стены. Хм… Честно говоря, не очень-то от гроба отличается. Разве только попросторнее… Неужели в этом глупом мире фантазия декоратора не простиралась дальше мшистой тропки, травы, уродливых деревьев и деревянных хижин?
Минутная злость придала Арьке смелости: последней хватило на то, чтобы открыть второй глаз и вдобавок сесть. Оказалось, она на дощатом полу. Из щелей между досками тянуло грибной сыростью и сладковатой осенней прелью, а еще чудилось, будто оттуда кто-то смотрит. Девчонка могла бы поклясться, что в какой-то момент заметила внизу желтый глаз с чернильной точкой зрачка. Правда, он так быстро исчез, что мог просто померещиться с перепугу.
Другой осознанный Арькой момент касался Славика. Точнее его отсутствия. Ну а в принципе откуда бы ему тут взяться? В гроб затащили только ее… На этом воспоминании захотелось немедленно подорваться и выскочить вон - лишь огромным усилием воли Низовцевой удалось погасить порыв, который мог вылиться в еще большие неприятности.
«Это какие, интересно? - усмехнулось второе «Я», - даже воображения не хватает, чтобы представить, как можно еще хлеще влипнуть…»
В целом, девчонка была солидарна с внутренним голосом, но все же пороть горячку не стоило. Рома же зачем-то притащил ее сюда.
Стоп! Вот оно, не дающее покоя свербящее пчелиное жало страха - Рома!
Подумав о выторгованном у русалки суженом, Низовцева сразу же его углядела, точно следовало лишь вспомнить…
Рома сидел в углу, откинув затылок к стене и вытянув ноги. Руки лежали вдоль тела и казались противоестественно мягкими, точно из них извлекли все косточки.
Девчонка надеялась, что наедине парень хотя бы примет менее пугающий вид - тот, который носил, встречаясь с ней.
Увы, надежда рассыпалась прахом: Ромино тело у стены более всего походило на труп не самой первой свежести. Присмотревшись, Арька заметила потемнения на синеватой коже, белая футболка в пятнах, джинсы - в водяных разводах.
Запах застоявшейся озерной воды стал мучительно омерзителен и вызывал тошноту.
«Чего ожидать? Здесь Рома ходячий мертвец, как он есть» - девчонка почему-то подумала об этом с грустью.
Как ни удивительно, в своем нынешнем виде парень выглядел несчастным. Стало до боли жаль его - юного, красивого, только начинавшего жить.
Арька даже носом шмыгнула, представив, как, наверно, Роме было страшно одному на озере - ведь он понимал, что угодил в ловушку, из которой не выберется, и никто его не спасет…
«Как и меня сейчас», - дополнила она череду мыслей, роднивших ее с мертвым парнем, и невесело хмыкнула.
Рома шевельнулся, уловив звук. Девчонка замерла. Покосилась на дверь, оценивая перспективы - успеет ли улизнуть, прежде чем загробный суженый опомнится?..
- Лучше не пытайся, - произнес Рома, не меняя позы. Губы его двигались словно бы с трудом. - Ты не сможешь убежать. Уже почти все готово к церемонии…
- К какой еще церемонии? - подозрительно прищурившись, спросила Арь, не придав значения тому факту, что парень ответил ее мыслям.
- Как к какой? К нашей с тобой свадьбе, милая! - Мертвец таки вернул голове нормальное положение и глянул на девчонку глазами без радужки. - Нас соединят навеки, а потом мы уснем…
- Ну уж дудки! - Фыркнула Низовцева, - сам спи! А я домой хочу! К родителям, к друзьям!
Мертвец двинул ртом, точно пытаясь улыбнуться, но выдал лишь неясную гримасу.
- Ну, Ромочка, ну, дай мне уйти, а? - Жалобно заныла Арька. - Я не могу здесь остаться, я ведь живая…
- Это легко исправить, - холодно ответил мертвый Рома.
- Я жить хочу! - Выкрикнула Низовцева, уже понявшая, что парня не разжалобить, и по доброй воле он не даст ей свободы.
- Я тоже хотел, - так же ровно произнес он, чуть повернув голову, - но это ничего не изменило. А теперь ты - моя невеста, мой обмен. Мы будем вместе в вечности, мы уже принадлежим Злой Воде.
Арька прокручивала в голове варианты спасения. Пусть бы даже откуда ни возьмись объявился Удальцов и вырвал ее из лап покойника. Ага! Как он найдет их? И вообще: с каких пор Славка превратился в рыцаря на белом коне? Спаситель, елки! Ну его! Она справится своими силами…
Слегка успокоившись, девчонка взялась бросать ничего не значащие фразы, типа, а как у вас тут время считают и много ли вообще русалок? За болтовней она приметила, что белесые Ромины глаза смотрят не в такт словам.