Ребята шли молча, изучая лица, смотревшие сквозь стекло фонарей, но нужных пока не встретили.
- Неприятно, вообще-то, - поежился Костик. - Такое чувство, что тебя со всех сторон рассматривают.
- В принципе, так они и делают, - хмыкнул Славка, из озорства подмигнувший фонарику. Лицо внутри встрепенулось и скрылось в зелено-синих переливах пламени.
- На меня уже тысяча взглядов налипла, - продолжал ворчать Лосев, свободной рукой дергая футболку, точно пытаясь отряхнуться.
- Расслабься, они не опасны. Пусть себе любуются, - безмятежно отозвался Славка. - Меня больше волнует, как искать нужных персонажей? Костян прав: этот Лес и за тысячу лет не обойти!
- Может, и не придется, - улыбнулась Оксана.
Перед ребятами заплясал золотистый шарик.
- О! Это он был там, ну, когда мы к Поминальщику вышли! - Обрадовался Лосев.
Когда он договорил, вместо шарика появилась девушка, уже виданная прежде.
- Люська! - Воскликнула Корсак с такой живостью, будто встретила старую приятельницу.
- Пора уходить, - шепнула девушка, - ступайте за мной.
- Как уходить?! - Возмутился Удальцов, - а Арька? Мы ее тут, что ли, оставим?!
- Она скоро присоединится к вам, - мягко произнесла Люська, плывущая между деревьями золотой рыбкой. В полумраке ее свечение было хорошо заметно, идти за ним не составляло труда.
Повинуясь указаниям призрачной проводницы, троица обнаружила нужные им фонари довольно быстро. Один, с душой Люськиного возлюбленного Федора, прихватила Окса, а вот чтоб добыть прочие, - с душами Ромы, Алексея Елецкого и самой Люськи, - пришлось попыхтеть: парни забирались за ними почти к верхушкам.
Славка, уже спускаясь, поскользнулся на мхе, плотно укутавшем ветку, и спелой грушей обрушился вниз. Благо, падать пришлось невысоко - отделался синяком и легким испугом. Парень поднялся, ругаясь под нос и неприязненно косясь на огоньковую версию физиономии Арькиного суженого.
- Надо ж было, чтоб именно ты мне попался, - сердито фыркнул Удальцов, и резко обернулся на смешок Оксаны.
- А что дальше? - Спросил у Люськи Костя, когда они разжились фонарями.
- А дальше хана, - протянул Удальцов.
Ребята сгрудились в центре небольшой прогалины. Лес посмурнел, словно насупил брови. Из чащи выступили русалки - искаженные яростью лица, скрюченные пальцы, острые, будто заточенные мелкие зубы…
- Осквернили Лес… Забрали фонари… - неслось со всех сторон.
- Останутся здесь навсегда…
- Зажгут новые…
Троица, став спина к спине, выставила вперед руки с качающимися в них склянками, готовясь держать оборону. Но что они могли сделать против полчищ нежити?
- По-моему, мы крепко влипли, - озвучил положение Лосев.
- Угу. Еще и в окружении, - Славка кивнул на утопленниц, взявших их в кольцо, - прорваться можно только боем.
- Думаешь? По-моему, силы слишком неравны, - упавшим голосом промолвила Окса. - Слав, у тебя полыни не осталось?
- Нет. В основном, на мавку ушла. А то, что еще было в загашнике, очень быстро испортилось - натурально превратилось в мерзкую субстанцию. Пришлось выкинуть.
Удальцов ощутил, как кожу плеча царапнул коготь - одна из русалок подобралась слишком близко. Рядом взвизгнула Оксанка.
- На, тварь болотная, получи! - Славка ткнул нечисти прямо в лицо железной монетой.
Та с диким воем отшатнулась. На голубоватой коже щеки зияла круглая рана, сочившаяся темной жикостью.
- Ага! Так вам и надо! - Рявкнул Удальцов, потрясая кругляшом, - не смейте подходить к нам!
Нападающие отступили к границам прогалины. Близ ребят беспомощно трепыхалась Люська: увы, физически привидение ничем не могло помочь юным пришельцам.
- Железо! Откуда взял? - Удивился Лосев, - Оксанкина бабушка ведь говорила, что его нельзя пронести в мир Гришаны!
- Я и не проносил, здесь получил. Но это долгая история, Лось! Давай потом поболтаем, а?
- Это, конечно, круто, - высказалась Корсак, - только одной монеты мало, чтоб отбиться от целого полчища…
«И в чем она неправа?» - мысленно приуныл Славка, но вслух ободрил:
- Ничего! Что-нибудь придумаем…
Русалки тем временем вновь пошли в наступление, медленно сужая круг, внутри которого по-прежнему спина к спине стойко держались трое заблудших.
Удальцов водил рукой с монетой из стороны в сторону, однако угрожать таким образом он мог только от себя, Окса и Костик оставались практически беззащитными, и проклятые утопленники это поняли…
Внезапно уши заполнил новый и в придачу совершенно немыслимый звук - треск ломающихся кустов, визг раненого оборотня, ночной хохот филина…
На поляну вылетела телега, запряженная мертвецами.
Истошно завопила Оксана. Костик прижимал ее к себе, а Славка пялился на возницу.