- Да ладно, чего там, - неловко буркнула Арька и почему-то отвела взгляд.
Сбоку выразительно фыркнул Удальцов.
Алексей Елецкий никого не удостоил ни словом, ни жестом - получив свободу, он просто растворился в наступающем рассвете, на прощанье лишь тряхнув геттингенскими кудрями.
- Ну и пижон! - Невольно рассмеялся Костик. Остальные с удовольствием присоединились к нему, даже не заметив, что следом за призраками растаяла и двойница Оксы.
Боже! До чего хорошо смеяться от души в компании друзей! Ребята только сейчас поняли, что, кажется, почти совсем позабыли о спасительной магии смеха.
Однако Арька быстро осеклась. Девчонка рассчитывала, что возвращение к обычным реалиям человеческого мира сделает пострадавшую руку прежней. Но этого не случилось: в ней не проскочило ни единой искры жизни.
- Ты чего? - Удивленно спросил Лосев, заметив, с каким страхом Низовцева взирает на левую конечность.
- Ничего. Совершенно ничего, в том-то и дело, - с горечью выдохнула девчонка, представив, как будет объяснять родителям парализованную руку, как ее затаскают по врачам, а те все равно будут бессильны против навьего проклятья, даже с современным оборудованием.
Арька сбивчиво, прерываясь на всхлипы, рассказала о том, как заработала онемение.
Помрачневший Удальцов странно косился на нее, и Низовцева вдруг подумала, что такая ущербная теперь совсем ему не интересна. Может, вообще жалеет, что полез ее спасать. Трудно объяснить, но от сознания этого в сердце словно заворочался еж, больно искалывая иголками трепетную материю.
- Наверно, таковы последствия разрыва договора, - выслушав подругу, задумчиво изрекла Корсак. - Видно, нельзя отменить его, ничего не лишившись взамен.
- Типа неустойки, что ли? - Брякнул Лосев.
- Вроде того…
- Ребят, но ваши ж бабушки - знахарки, ведуньи, - Костик переводил взгляд с подруги на Удальцова, - может, они что-то придумают? Вылечат Арьку…
- Нет. Это ж не порча, а если можно так выразиться, возмездие за нарушение правил, - пояснил вместо Корсак Славка, на автомате сунул пятерню в карман…
Там болтался знакомый железный пятак. Но откуда?! Он ведь закинул монету в пасть злобной русалке!
Тут же вспомнился наказ Хозяйки Костей: «…трижды сослужит службу, только на третий раз - не тебе…»
Обрадованный Удальцов подскочил к Арьке, которая стояла спиной к друзьям, с грустью глядя на игру золотисто-розового света. Неприлично радостная палитра, разлитая на воде, подрагивала у самого берега.
Низовцева предавалась горьким мыслям, когда парень развернул ее к себе.
- Ну что еще, Слав?
Впервые за все годы, что они знали друг друга, девчонка назвала его по имени. Звучало… мило. Удальцов широко улыбнулся.
- Возьми, - он протянул ей железную монету. - Я получил ее от Хозяйки Костей. Дважды она нас выручала, остался последний, третий.
Низовцева поняла: в глазах встрепенулась слабая надежда, однако, как девчонка ни старалась, у нее не выходило сжать пальцы левой руки и взять пятак - они не только не слушались, но вообще отказывались шевелиться.
- Бесполезно, - тихо обронила Арь. - Рука не действует. Ее просто больше не существует.
- Еще как существует! Ты не должна так легко сдаваться, особенно после всего пережитого!
Удальцов бережно взял онемевшую Арькину ладошку, вложил в нее монету и сжал своей рукой, удерживая безвольные пальцы и не позволяя им выронить железо. Поймал растерянный взгляд, улыбнулся ласково, как старый друг.
- Закрой глаза, - велел он. - Не думай. Чувствуй.
И Арька почувствовала.
Тепло. Поначалу легкое, как дуновение южного ветерка, оно постепенно нарастало, достигнув градуса горячего чая в кружке, а затем и вовсе обожгло огнем. Арька вздрогнула, но не вскрикнула, и руку не вырвала.
Потом до нее дошло… Она же ощущает… Ощущает!!! И не только жжение металла. Славку тоже - его пальцы поверх ее…
Рассвет окончательно захватил небо, и озерная вода, отделенная от него бледной узкой полосой горизонта, уже вовсю пылала алым. И у Низовцевой внутри тоже что-то пылало и металось, а Славка все еще продолжал сжимать ее пальцы...
Эпилог
Пару дней после путешествия в мир Гришаны ребята провели в Николино. Венок, вернувшийся к Низовцевой, они по совету Антонины Степановны сожгли на пустыре за деревней, а пепел закопали в земле, смешав его с освященной солью. На всякий пожарный.
Потом Славка предъявил Арьку своей бабушке - так она познакомилась с Ариной Васильевной. Настоящей бабкой Ариной, подумать только! Девчонка даже невежливо хихикнула и поспешила извиниться, однако та только понимающе усмехнулась.