"Отдых" Филис заключался в разборе чемоданов. Её смущало, что предоставленная каюта, похоже, была рассчитана на двоих пассажиров, с имевшейся там двуспальной кроватью. Да и чемодан свой Ярик именно сюда сгрузил, вместе с её двумя…
Свой летний гардероб Филис сформировала в основном из вещей Ольги, плюс заказала через Интернет, уже по своей традиции, пару вещичек, принятых к ношению высокостатусными девушками. А высокостатусные девушки, как, впрочем, и все остальные, в жару чаще всего ходят в коротких джинсовых шортиках. Филис поражалась самой себе — насколько легко она приняла эти фасоны нарядов, показавшихся бы верхом неприличия в её родном мире.
Вскоре пассажиров позвали на ужин к накрытому на палубе столу. Во время ужина яхта стала медленно отходить от Форталезы. Ни Филис, ни Ярослав не выразили желания задерживаться в порту и осмотреть этот город. Судно взяло курс на юг, чтобы обогнуть мыс Кабу-Бранку и направиться к столице Бразилии.
А Ярослав решил последовать примеру яхты и взял, наконец, уверенный курс на охмурение спутницы. Окружающая красота, уединение (команда умела быть незаметной), вкусный ужин "вот, попробуй теперь эту виноградинку", немного больше спиртного, чем принято "сейчас можно, мы на отдыхе", нежный ветерок по коже… аккуратная поддержка под локоток для маленькой прогулки к носу судна, и, как финальный аккорд, поддержка за талию девушки, ни разу не смотревшей "Титаник", с раскинутыми руками, подобно летящей птице…
— Этот треугольный парус, крепящийся к носу яхты, называется "стаксель", — нежно поделился познаниями Ярик.
Никто бы не устоял под таким напором. Вот и Филис тоже.
ГЛАВА 6
Девять дней путешествия для Филис были наполнены необременительными занятиями — отдыхом, сексом и учёбой. Пока их яхта неспешно двигалась к Рио-де-Жанейро, изредка останавливаясь в попутных портах, чтобы пополнить запасы и дать возможность её обитателям пройтись по земле, девушка загорела, узнала, каким бывает секс с нелюбимым, но старательным в постели мужчиной, а также одолела прочтение нескольких учебников средней школы по русскому языку, литературе, природоведению и истории. Точные науки Филис не изучала, потому что была им в принципе обучена ещё в первой жизни, а постигать те же науки, но в новых терминах, оказалось для неё неподъёмной задачей — это мгновенно погружало её в сон.
Ярик вёл себя достаточно тактично и, поняв уже, что Филис не любит, когда он заговаривает о браке, постарался ограничивать эту тему в разговорах. Зато вообще поговорить он любил, и тут девушку спасало лишь то, что Ярик активно общался с членами команды, которые были вынуждены слушать его рассуждения… или, как и Филис, притворяться, что слушают.
Со слов Ярослава Филис узнала, что Бразилия — страна для них, европейских людей, является необычной и экзотической. Вот только вряд ли это слово могло произвести должное впечатление на человека, пришедшего из другого мира — для Филис вообще всё было сплошной экзотикой. Настолько, что её способность поражаться увиденному несколько уже притупилась.
И тем не менее… Разнообразие человеческих рас, прежде всего, было тем, что больше всего занимало девушку. Ей невольно хотелось быть похожей на большинство окружавших её людей, и, порой заглядевшись на смуглую бразильянку, она мысленно воображала себя в пышном теле с обтянутыми короткими шортами внушительными ягодицами. Ей казался этот образ значительным, успешным и самым распространённым на улицах Рио.
— Тут без солнечных очков лучше даже не выходить, — поучал Ярослав, — иначе глаза устанут от яркости красок на этих улицах. Сплошной пожар в джунглях.
И в самом деле, дома в этом городе часто были расцвечены всевозможными красками, а поперёк улиц вдобавок порой тянулись ещё и верёвки с развешенными на них флажками и лентами. Разноцветными, разумеется.
Помятуя о том, что приехала сюда искать магию, Филис поговорила с капитаном яхты, и он посоветовал ей нанять здешнего русскоязычного гида. Таковой был вскоре найден и приглашён к ним. Гид, которого звали Мигел, пояснил, что у него русская мать, отсюда неплохое знание языка. После знакомства он сразу огорошил путешественников вопросом: