А значит — у него есть какой-то план! И какая-то цель, и все это — уже точно не просто так по чьей-то прихоти.
Глава 26 - Гуляй, где хочешь
И битва эта была эпохальной!.. Пусть и на всю ночь. Особенно когда к отцу, и мне, на помощь пришли «старые друзья» — бабки! Они решили не откладывать «раунд два» в долгий ящик и приперлись к нам домой — не забыли, перечницы, за три прошедших года, где мы живем! Притащили с собой в усмерть пьяного врача... не то хирурга, не то терапевта, а может и педиатра с психологом разом! И коньяка, армянского, «многозвездочного», еще из «старых запасов», и... вшестером, мы все же уломали маму.
Правда пред этим делом была славная попойка — я не участвовал! Желание кое-кого — врача! Увидеть стриптиз малолетней нимфы — он просто желал меня осмотреть! Но из его уст... это звучала слишком... Похабно! Дебош... Батька отправил хирурга в нокдаун с тычка и тоже накатил. Песня «ой мороз, мороз» ... И хрен знает, что еще! Я, уплыл спать еще на середине «мороза».
И проспал бы до самого утра! Если б не громогласное, на весь подъезд, заявление матери, предварительно привлекшей к себе внимание ударом кулака по столу, что я на кровати через стенку аж-подпрыгнул.
«Ладно, пусть занимается!»
И утру квартиру встретило «восстание мертвецов» — похмелье...
— Пииить!
— Пи-и-ить!
— Пиииииить!
Ну и очередь в туалет... А вот отец, с утра пораньше, уже куда-то намылился. А ведь пил он ничуть не меньше прочих! А даже больше! Гораздо больше! И сейчас уже куда-то чешет. В сторону реки кажись — мне хорошо видна его персона из окна на кухне, пока бабки воют меж собой за кран рукомойника, а мама — забаррикадировалась в туалете.
Идет, словно зомби! Ну, хотя бы целеустремлённое. И даже не качается! Надо бы... а, нет, там, посреди коридора все также лежит «хирург»! Тогда через окно! Бабкам — явно не до меня.
Прыг! И вот уже на земле. Полминуты — и догнал папку.
— Каков план? — была мысль его напугать, но я нарочно сбавил ход, и начал шлепать тапками, аки ластами, за пару метров до цели.
Бедняга итак уже седой!
— План? — задумчиво взглянул он на меня, продолжая идти словно робот.
Потом словно проснулся, остановился, взглянул на спрятавшийся средь жидкой кроны дом, нашел глазами открытое настежь окно в квартиру, вновь взглянул на меня — я спешно спрятал руки за спину. На них отпечатался асфальт дорожки подле дома! Так себе вышло приземление, но в принципе — насрать!
— План... Сейчас я иду на встречу, а ты — ткнул он мне пальцем в грудь — идешь домой и поступаешь в полное распоряжение тех... Бодрых бабок. Как их там?
— Нина и Анна... Сергеевна и Петрова — поправился я, видя, как батька нахмурился, в ответ на моё неуважение к старшим — Корабельникова и Победова.
-Эх. В общем — делаешь все, что они тебе говорят. Занимаешься, тренируешься, и т.д.
— Но... зачем? — не понял я, и попытался состроить глазки понаивнее — полезное искусство! Надо тренировать!
— Зачем, зачем... позже объясню! Надо так! — отмахнулся он, и пошел дальше «по своим делам», а я вдруг вспомнил — Ванька!
Я же в семье один трезвым, и не страдающим от похмелья с перегаром, остался! И мне теперь... До окошка обратно ползти!
Та еще задача! — задрал я голову вверх, стоя у стены без особых выступов или впадин, ровная, как лысина комвзвода... Неудобная, как чистое поле. Проще как бы через дверь! Ведь не съедят же меня там, в самом то деле?!
Нет, не съедят. Но отправят в зал разминаться сразу же, как опознают. А Ванька? Без тебя накормим, помоем! А то сейчас твоя мамка как выйдет...
Как оказалось, договоренность с родительницей была почти патовая! Я-то спал, не слышал! А она, мама моя, нагородила там условий... У!.. Никаких опасностей! Высоты, или странных приспособлений! Только маты! И ленточки. Что, в принципе, всех устроило, кроме меня! Если бы не финальный аккорд: «и я должна присутствовать на всех занятиях! А-то как иначе я пойму, что вы меня не обманываете?». Что как бы... Нехило связывает руки уже «раскатавших губу» — бабусям.
— У, плохо!
— У... погано!
Я прекратил делать уже вторую по счету разминку и, распрямившись, сурово посмотрел на ворчливых «перечниц».
— Что плохо-то? Что — погано? Объясните по существу, пожалуйста!
Бабки переглянулись, и выдали «на-гора»:
— А ты на шпагат попробуй сесть! На твой любимый, как тогда, когда ты к нам только пришла!
— Да или уж на обычный, хотя-бы! — усмехнулась бабка, когда я попробовал почесать себе ухо, своей-же пяткой, и что-то, как-то не вышло.