И это попробовал, и — ни хрена! Аж сам немного офигел! Не то, что бы все совсем плохо, но вот просто взять и опустится на пол там же, где и сидел — не получилось. А раньше-то это было просто «вупер-легко»! А уж если попытаться «просто встать» из позиции «почти шпагат»... Н-да, реально ведь всё плохо! И что вообще тогда бабки во мне такого, выдающегося, увидели, с такими-то данными?
— Прыгни!
Ну я и прыгнул.
— Выше!
Прыгнул. С места вверх, взвыв свечкой почти на два метра — лишнего веса-то на теле нет! Собственная масса — невелика, а силы — о-го-го! Вагон и брелочек от БелАЗа!
— Еще! Сделай сальто!
И это не вопрос! Прыгнул, кувыркнулся через голову...
— «Хрусть!»
— Ау... — упал бревнышком на маты, после того, как их, маты, чисто случайно, задела моя шея.
— Саша!
— Саш, ты как?! — подлетели ко мне побледневшие, и окончательно поседевшие бабки, а я взглянул на все так же спокойно катающею взад-вперед коляску мать, продолжающею почти спокойно сидеть на лавочке у стеночки.
Хорошо, что для неё, моей падение, почти-что равносильно падению с движущегося велика! «Ну да, коленочку раздерет, зато уму разуму научится! И не будет больше пререкаться с матерью!» — примерно это вот и читается на её, далеком от довольного — лице.
Мой шейный позвонок, выскочивший наружу, с ней не согласится! Все же приземлился я супер неудачно — прямо на башку! Пусть и на маты — но с двух метров, блин! И с инерцией вращения! Что и привела к такими, хм, печальному последствию.
— «Хрусть!»
— Аррх! Хорошо! Продолжим? — поинтересовался я, у всё также мертвецки бледных бабок, как ни в чем небывало, вставив вылетевшее обратно — пальцами.
И вновь украдкой взглянул на мать. Иногда незнание — благость!
— Пожалуй, на сегодня хватит. — произнесла Анна Петровна, переглянувшись с товаркой.
— И... Завтра наверное тоже, отдохни.
Так... Кажется, они уже жалеют, о своем решение меня к себе привлечь! И о коньяке! Потраченном на это дело.
— Нет! Нет! Нет! — замахал руками я — Давайте продолжим! Без нагрузок, общие упражнения! Будем возвращать форму! Это не опасно, — опять взглянул я, на вдруг чем-то обеспокоившеюся маму, на которую тут же взглянули и тренеры — и вообще полезно!
А! Вот чем мать обеспокоена! Турник углядела! Это уже на фобию тянет, честно слово! А мои тренерши теперь серьёзно пугаются, когда я хоть чуть-чуть отрываю ноги от земли... Ну невиноват я, маты... Непривычные! И на них прыжки... несколько иначе выходят, чем тоже, но на земле! И вообще! Хотя голова все же реально немного кружится...
— И это... — взглянул я на свои руки, в браслетиках с песком — Этих штук мне явно маловато.
Привык все-же... Батька, ты монстр! Приучил меня, к двойному весу! Сын ты сутулой собаки... И я — твой отпрыск. Да здравствуют трудовые будни! Правда здравствовать они мне не дадут. Бабки, как-то подозрительно быстро привыкли к... Смертельным травмам! К тому, что я себе постоянно что-нибудь рву-ломаю с непривычки, и чаще всего — из-за собственной избыточной силы. К тому... Что я бессмертный?
Уже на следующий день! Перестав обращать внимание, на такую «банальность» как вывихи и растяжения. А через день! Реагировать на рвущеюся связки, и обломы спины, шеи и чего бы то ни было.
Что с ними случилось? Ума ни приложу! Но стали они меня гонять как «сидорову козу»! И в хвост, и под хвост! Сломал, бедняга, руку? Надень шину, и вперед! Ножку потянул? И что? Это разве повод останавливаться, а? А ну вперед!
— Нимогу!..
— Живо! Через «немогу» давай!
Пздц! Они же небыли такими! Никогда! Ни с кем! Что с ними случилось? Еще и батя припер мне новые браслеты на ноги и на ноги — чугунные! Одиннадцать кило на каждый. Я с этими игрушками, и ходить то нормально не могу! А они...
— Выше! Быстрее! Сильнее!
Издеваются!
— Вы хоть убейте, а я с этими штуками — приподнял я свою ручку, с трудом оторвав от мата, на котором распластался причудливой «морской звездой» — И не встану! Фсе! — и решил слово держать, окончательно «растекшись» по поверхности.
Пришлось бате браслетики-то — менять. Не, ну десять килограмм, это реально через-чур! А уж одинадцать... как ему вообще могла прийти такая мысль в голову!?!? Вот четыре, на ноги, и по два на руки — само то! Я их практически и не чувствую, но нагрузку они дают достойную!
— С этим — можно и позаниматься! — потер я новые «кандалы» и улыбнулся.
Правда тут же погрустнел: в обмен на снижение веса, батя, приказал — а иначе это и не назовешь — ходить в этих фигнях круглосуточно и даже в душ.