— Что, поновее не нашлось? — прижался я к отцу поближе, и провел пальцем по огромной царапине на лакированной поверхности стола, стоящего рядом, не спуская глаз с пожухшего от времени желтого пятна на матрасе двуспальной кровати.
И что-то мне в этой царапине не понравилось. Показавшись странным, словно её совсем недавно сделали, но затем замазали, что бы казалась типо старая. Да и грузчики эти, что мебель приволокли — тоже странные! Словно и не грузчики, а... Солдаты? Новобранцы! Ибо профессиональной выкладки в них точно нет, но что-то такое, строевое, уже проскальзывает.
— Ну и ладно — буркнул я, видя как отец, помотал головой в ответ на мой вопрос.
И пошел готовиться к занятиям — меня все-же пропихнули в десятый класс местной школы! Пусть и на домашнее обучение. Или оно там несколько не так зовётся? Свободное? Экстраординарное? Неважно! Первое сентября всё равно грядет!
А мебель... Мебель нормальная! А если сравнивать с тем, что нам от нашей мебели оставили после себя квартиранты... Вообще шикарная! Нашу-то... Кухонный гарнитур вон, вообще целиком «свистнули»! Вместо него приперли два стола, краской заляпанных — помойка им периной! Да мойку ржавую! Чтоб её бомжи на переплавку уволокли! Да и то по-моему — побрезгуют. А ведь эти-же бомжи — ванну-то уперли! А её... Я в неё старался не заглядывать, вырвал беднягу с корнем при помощи домкрата, накрыл дощечкой, и прочь! Прочь из дома!
А сервант!? О!.. Бедный сервант! У унитаза свистнули бачок, заменив бутылкой пятилитровой... Эх, да разве всё расскажешь!
Но было это уже давно, когда я делал ремонт по хате, сменив заодно и часть сантехники. На мебель-же, денег не хватило. Вернее тратить залпом было слишком — воров в избу нам только не хватало! Ведь магазинные болтушки, все растрепали-бы о нас. И мы решили — обождать! Тем более что все для жизни было, а остальное... Мелочи!
Эх, ладно. Некогда мне думать о таком! За первым сентябрем, что угрозы мне не представляет, сразу, через неделю, последует седьмое, когда попрусь я на свои первые соревнования, так что расслабляться мне как бы и некогда. Хотя конкретно эти соревнования тоже, фикция, формальность, и почти-что трата времени.
Конкурентов нет, да и сами «соревнования» пройдут чисто номинально, на бумаге. Попрыгаю кузнечиком пред тренерами, а они воткнут мне высший бал! Хек! И поеду после в область...
Наконец-то выбрался! — мысленно вздохнул я, и еще раз огляделся.
Взяли меня в оборот! По самые брови. Контроль! Мать его, тотальный! «Шаг влево, шаг вправо»... Утром — спорт, днем — уроки, вечером... Мать. И опять же — спорт! Вечерние занятия! Дыр-то, во всем этом, в принципе вагон, и сбежать легко и просто, но не далеко и ненадолго — паника начнется! А сейчас... Я всех обдурил! Так и сказав, что в лес пошел!
Вздохнул, и еще раз огляделся — кругом только деревья! И даже если за мной был «хвост», что сильно маловероятно, за кронами деревьев, меня им все равно не углядеть! Хотя при этом — до дома рукой подать буквально! Отличное место! Начну, пожалуй.
Для начала — коньки! И пробежать кружочек по воздуху!
— Блин, я и забыл, насколько это круто!
Бегать со скоростью хорошего автомобиля! Скользить по воздуху, не чувствуя сопротивления! Левитация, свобода, драйв! Фу, английское слово просочилось!.. Незабываемое чувство! Лучше любых аттракционов!
А теперь — мечи! И я кубарем лечу в подмороженную осеннюю траву. Соскакиваю, вновь ощетиниваясь оружием, и... Похоже на этом всё.
— И похоже это мой придел до конца моих дней.
Два коротких клинка, или коньки, без какой-либо защиты тела — огромная рана на руке, от попавшегося в траве сухого сучка, тому доказательство! И развеяв мечи, я полюбовался, как края раны, словно «молния» на ботинке, неторопливо сходятся вместе.
Там, внутри меня, сейчас такая паника...
Может быть, я бы и смог выжать большее, из тела, подаренного мне этим миром и матерью, но я, оказался вынужден сделать ставку на регенерацию. Расставил приоритеты, так сказать, поняв, что быть просто живым лучше, чем быть сильным, но недолго.
Переделал свою «Сашу», под живучего биоробота. У этого к слову, тоже есть своя цена — контроль! Сила, что против мутаций, была против моих махинаций, с перестройкой организма и взятием отдельных функций под наглый контроль сознанием. Но столько раз побывав на самой гране, на лезвии ножа, уже одной ногой в мире ином, да только в этом теле! Я проломил её сопротивление. И теперь она, как обиженная женщина, отошла в сторонку, скрестив руки на груди: «Ну, тогда и живи как хочешь!»