Моей кожи коснулось что-то твердое и жесткое. Гладкая поверхность предмета заставляла догадываться о том, что это может быть его черный кожаный ремень. Осознание пришло слишком поздно, чтобы что-то предпринимать. Хлесткий удар пришелся посередине, отчего я вздрогнула и попыталась встать с кровати. Наверняка останется красный след.
Эванс дал мне спасительную передышку, сказав:
-Шесть ударов. Ты сможешь их вынести. Надеюсь, они научат тебя, что бегать от меня не только бесполезно и бессмысленно, но и болезненно. Считай вслух.
От его слов в горле пересохло, и каждый вдох отзывался скребущей болью в легких. Я понимала, что мне не выбраться из этой западни, потому что Эванс был сильнее физически и, мне казалось, морально. Его стальная хватка не давала мне пошевелиться. Я пробовала вилять бедрами в разные стороны, чтобы уменьшить ожидаемую боль, но это мне несильно помогало.
Второй удар был ощутимее первого и мой голос сорвался на крик. "ДВА". Слезинка покатила по щеке и упала на шелковую простынь. Третий удар терпеть не было сил. Слезы катились градом. Сквозь пелену я услышала голос Эванса:
-Я сказал считать вслух, а не реветь. Осталось немного.
Он был мне противен, сколько желчи было в его словах. Я собрала всю волю в кулак и начала считать так, как он этого хочет. "ТРИ, ЧЕТРЫЕ, ПЯТЬ" слились в меня в одну красную нить боли. Я не слышала свой голос, мой мозг отказывался распознавать мои хрипы. Я приготовилась к шестому, ожидая новую порцию боли. Он был самым ощутимым наверняка для того, чтобы закрепить урок. После экзекуции сил у меня совсем не осталось.
В памяти начали всплывать справка из интерната, в которых было написано, что меня удочерили. Я отказывалась в это верить. Казалось, что с появлением Эванса мир сошел с ума. Эмоции захлестнули меня с головой. Хотелось исчезнуть и не думать ни о чем.
Эванс откинул ремень в дальний угол комнаты и медленно вышел из моей спальни. Я почувствовала облегчение, несмотря на пульсирующую боль, благодаря которой я не смогла даже перевернуться на спину. Мышцы ныли от напряжения.
Сознание начало клонить в сон, но в мою комнату проник свет и показался большой, мужской силуэт , не предвещающий ничего хорошего.
Дорогие читатели, пишите комментарии и подписывайтесь на профиль:)
ВНИМАНИЕ! В дальнейшем будут присутствовать сцены жестокости, поэтому просьба, нежным дамам проходить мимо:)
История начинает принимать неожиданный поворот:)
Глава 14.
Взгляд был затуманенный. Глаза откровенно слипались. Но я была вынуждена собрать все свои оставшиеся силы и сфокусировать свой взор на мужчине. Это был Эванс.
Я резко оторвалась от подушки, от этого действия у меня закружилась голова и пришлось закрыть глаза, чтобы восстановить свое самочувствие. Я думала, что это не конец моего наказания. В голове крутилось множество вопросов. Неужели ему недостаточно моих страданий? Он хочет растоптать мою самооценку? Зачем он пришел, и что ему надо от меня.
В то время как круговорот мыслей проносился в моей голове, я начала отползать в дальний угол кровати, тем самым показывая свой животный страх перед ним.
Его лицо было равнодушным и спокойным. Он начал медленно направляться к моей кровати. Остановившись возле нее, он включил торшер, который заставил меня зажмуриться, несмотря на приглушенный свет. Сев на нее, он как ни в чем не бывало облокотился спиной на подушку. И не соизволив посмотреть на меня, тихо сказал:
-Нам надо поговорить. Тебе будет легче перенести боль наказания, если расскажешь о своих чувствах.
Серьезно? Рассказать ему о своих чувствах? У меня было ощущение, что этот больной ублюдок издевается надо мной. Как он можешь заикаться о разговоре, если пол часа назад обходил меня кожаным ремнем. Я начала испытывать небывалый гнев. Но слабость давала о себе знать и сознание было не способно что-то говорить Эвансу. Мне понадобилось достаточно много времени, чтобы ответить ему:
-Что может чувствовать человек, который почувствовал своей пятой точке боль от кожаного ремня. Просто восхитительно.