Бейли попытался представить мир в виде вращающейся сферы, которая то освещалась светом, то погружалась во тьму, - получалось с плохо. Он даже почувствовал жалость к гордым Космонитам, которые позволяли превратностям времени определять распорядок жизни.
- Все же свяжитесь с ним, - распорядился Бейли.
Когда самолет с Бейли приземлился, его уже ждали роботы. дрожа всем телом, он снова вышел в открытое пространство. - Дай мне на тебя опереться, парень, - прошептал он ближайшему роботу.
Социолог, напряженно улыбаясь, ожидал его в глубине холла. - Добрый день, мистер Бейли, - произнес он.
Бейли кивнул. - Добрый день, сэр, - ответил он, пытаясь совладать с дыханием. - Не могли бы вы закрыть окна?
- Они уже закрыты, - произнес социолог. - я немного знаком с обычаями землян. Не проследуете ли вы за мной?
Бейли шел за социологом по запутанным лабиринтам коридоров, стараясь держаться на внушительном расстоянии. Ему удалось обойтись без помощи роботов. В конце концов они оказались в большой, тщательно декорированной комнате, и Бейли получил возможность сесть и отдохнуть, чему он был несказанно рад.
В каждой стене были неглубокие альковы, в них помещались скульптуры, выполненные в розовых и золотистых тонах. Глаз отдыхал при взгляде на эти абстрактные фигуры, ничего, по-видимому, не означавшие. Тут же находился неизвестный предмет, большой и громоздкий, с многочисленными педалями и свисающими цилиндрами. Бейли решил, что это музыкальный инструмент.
Он посмотрел на стоящего перед ним социолога. Космонит выглядел в точности так, как запомнилось Бейли, когда он разговаривал с ним сегодня утром - высокий, худой, с белоснежными волосами и заостренными чертами лица. Нос сильно выдавался вперед, глаза были глубоко посажены и блестели. Имя социолога было Ансельмо Квемот.
Некоторое время они смотрели друг на друга, пока Бейли не решил, что снова владеет своим голосом. Его первый вопрос не имел ничего общего с расследованием или с разработанным планом.
- Могу я что-нибудь выпить? - Спросил, наконец, Бейли.
- Выпить? - удивился Космонит. Голос у него был слишком высокий, чтобы его можно было назвать приятным. - Вы имеете в виду воду?
- Нет, я бы предпочел что-нибудь алкогольное.
- В глазах Космонита появилось напряжение, как будто он и слыхом не слыхивал о законах гостеприимства.
«А ведь так оно и есть», подумалось Бейли. В мире, где телеконтакты были привычным делом, совместное принятие пищи людьми не было распространенным явлением.
Робот принес небольшую чашку, покрытую гладкой эмалью, наполненную розовой жидкостью. Бейли осторожно понюхал, а потом сделал маленький глоток. Во рту появилось приятное ощущение теплоты, которое медленно распространилось по пищеводу. Следующий глоток был уже более основательным.
- Если вы хотите еще..., - сказал Квемот.
- Нет, благодарю вас, не сейчас, - ответил Бейли. - С вашей стороны было очень любезно согласиться на личную встречу, сэр.
Квемот тщетно попытался изобразить улыбку. - Да...
- Много лет прошло с тех пор, когда я делал нечто подобное, - произнес он, поежившись.
- Представляю себе, как вам тяжело, - сказал Бейли.
- Вот именно. - Квемот резко развернулся и подошел к креслу в самом дальнем конце комнаты. Усевшись в него, он повернул его таким образом, чтобы сидеть к Бейли наискосок. Его руки в перчатках были крепко сжаты, ноздри заметно подрагивали.
Бейли допил свою порцию и почувствовал, как по всему телу разлилось тепло. К нему вернулась часть уверенности.
- Что вы чувствуете, когда видите меня перед собой, доктор Квемот?
- Это очень личный вопрос, - пробормотал социолог.
- Знаю. Но я уже объяснял вам, когда мы разговаривали по видеосвязи, что во время расследования мне придется задавать много вопросов, и некоторые из них могут оказаться очень личными.
- Постараюсь помочь вам, если это будет в моих силах, - отозвался Квемот. - Надеюсь, что вопросы будут хотя бы пристойными. - Когда Квемот говорил, его глаза блуждали по лицу Бейли, но Последние слова он произнес, отведя взгляд в сторону.
- я не собираюсь спрашивать вас ничего только ради удовлетворения любопытства. Все вопросы будут иметь отношение к расследованию.
- Но я не понимаю, каким образом...
- Мне нужно знать как можно больше об этом мире, понимать отношение соляриан к простым привычным вещам. Ясно?
Теперь Квемот даже не смотрел на Бейли. Медленно он произнес:
- Десять лет назад умерла моя жена. Встречаться даже с ней лично было для меня очень непросто, но со временем к этому привыкаешь, к тому же она не была слишком навязчивой. Мне не назначили новой жены, потому что я... Мне... Мой возраст... Я вышел из возраста... - Он посмотрел на Бейли, как будто надеялся, что тот закончит фразу, а поскольку Бейли этого не сделал, то Квемот закончил сам тихим голосом: - из возраста, подходящего для производства детей. И теперь, Без жены, я совершенно отвык от такого феномена, как личные встречи.