- А Рикену Дельмару она нравилась?
- Думаю, нет, но он никогда этого не показывал. Он был хорошим Солярианином.
- И щепетильным.
Казалось, что слова Бейли удивили Клариссу.
- Вы сами так сказали во время телеконтакта, когда я предложил одеться без свидетелей, вы ответили, что я такой же щепетильный, как ваш босс.
- Ах да, понимаю. Он действительно был щепетильный. Даже при телеконтактах он никогда не позволял себе вольностей. Всегда вел себя как положено.
- Это необычно?
- Ну почему же. В идеале каждый должен вести себя подобным образом, но в жизни этого не происходит, особенно при телеконтактах. А раз личного присутствия не бывает, то зачем же я буду себя мучать? Так ведь? Я никогда этого не делаю, тем более при телеконтактах, кроме случаев с боссом. С ним приходилось держать себя на официальной ноге.
- Вы восхищались доктором Дельмаром?
- Он был хороший Солярианин.
- Вы назвали это место фермой и упомянули детей. Вы здесь выращиваете детей?
- С одного месяца. Сюда попадают эмбрионы со всей Солярии.
- Эмбрионы?
- Да, - Кларисса нахмурилась. - Мы извлекаем их через месяц после зачатия. Вас это смущает?
- Нет, - быстро ответил Бейли. - Вы все мне здесь покажете?
- Покажу, но не забывайте держать дистанцию.
Лицо Бейли окаменело, когда он увидел, что находилось в длинной комнате, отгороженной от них стеклянной перегородкой. По другую сторону, он знал, была идеальная температура, идеальная влажность и идеальная асептика. Комната была плотно заставлена большими емкостями, в которых, в особой водной смеси, насыщенной питательными веществами в идеальных пропорциях, плавали маленькие существа. В них они жили и росли. Некоторые не превышали по размерам кулака Бейли, они были свернуты в комочек, с огромными черепами, расходящимися в стороны тоненькими конечностями и едва заметными хвостиками.
Стоящая в двадцати футах от него Кларисса спросила: - Как они вам, детектив?
- Сколько их, - поинтересовался Бейли.
- На это утро - Сто пятьдесят два. Каждый месяц мы получаем от 15 до 20 и столько же выпускаем на волю.
- На Солярии это единственное заведение такого рода?
- Да. Для того, чтобы поддерживать стабильный уровень населения, одного вполне достаточно, учитывая, что средняя продолжительность жизни составляет 300 лет при населении 20 000 человек. Это строение совсем новое. Его возведением руководил доктор Дельмар, который внедрил множество изменений в рабочий процесс. Мы достигли того, что эмбриональная смертность у нас фактически равна нулю.
Вдоль емкостей деловито сновали роботы. У каждого сосуда они останавливались, скрупулезно проверяли все показатели, осматривали крошечные эмбрионы.
- Кто оперирует матерей? Кто извлекает эмбрионы, я имею в виду?
- Доктора.
- Доктор Дельмар?
- Разумеется нет. Я имела в виду медиков. Не думаете ли вы, что доктор Дельмар опустился бы до... Ладно, Неважно.
- Почему для операций не используют роботов?
- Роботы в хирургии? Из-за наличия у роботов первого закона это очень непросто. Робот мог бы удалить аппендикс, чтобы спасти человеческую жизнь, если бы он знал как, но я сомневаюсь, что таким роботом можно было бы пользоваться в дальнейшем без его основательного ремонта. Резать человеческую плоть - весьма травмирующий опыт для позитронного мозга. Даже самим медикам это дается нелегко, а тут еще личное присутствие человека.
- Я обратил внимание, что о зародышах заботятся все-таки роботы. Вы или доктор Дельмар вмешиваетесь в этот процесс?
- Иногда без этого не обойтись, когда что-то идет не так, например, если эмбрион развивается неправильно. На роботов нельзя полагаться, когда требуется правильная оценка ситуации, связанная с человеческой жизнью.
Бейли понимающе кивнул. - Полагаю, риск ошибки слишком велик, и это может привести к потере человеческой жизни.
- как раз наоборот. существует слишком большой риск, что робот переоценит человеческую жизнь и сохранит ненужную, - строго сказала Кларисса. - Как Инженеры-фетологи мы, Бейли, следим за тем, чтобы на свет появлялись только здоровые дети. здоровые, понимаете? Даже самый тщательный генетический анализ родителей не гарантирует, что все комбинации и перестановки генов окажутся такими как нужно, и это не говоря о мутациях. Нежелательные мутации - наша основная проблема. Нам удалось снизить этот показатель до значения одного на тысячу, но это всего лишь значит, что пусть раз в декаду, но проблема дает о себе знать.
Она прошла мимо него на галерею, Бейли двинулся следом.
- Я покажу вам ясли и дортуары для подросших детей. С ними еще больше проблем, чем с эмбрионами. Здесь мы можем полагаться на роботов еще в меньшей степени.