Там были сотни колыбелек с розовыми младенцами внутри, которые либо кричали, либо спали, либо принимали пищу. Были игровые комнаты для детей, которые уже научились ползать.
- В этом возрасте они не так уж плохи, - проворчала Кларисса, - но требуют внимания неимоверного количества роботов. Фактически на каждого ребенка приходится по роботу до тех пор, пока они не начнут ходить.
- Почему?
- Дети заболевают, если не получают индивидуального внимания.
Бейли кивнул. - Полагаю, потребность в ласке - это нечто такое, чего никак нельзя истребить.
- Они требуют внимания, - сухо отрезала Кларисса.
- Даже как-то странно, что роботы могут обеспечить потребность детей в ласке, - произнес Бейли.
Кларисса резко обернулась в сторону Бейли. Дистанция между ними не позволяла скрыть раздражение, появившееся на ее лице.
- Послушайте, Бейли, если вы пытаетесь шокировать меня использованием этих непристойностей, у вас ничего не выйдет. О, небеса! Что за глупое ребячество.
- Шокировать вас?
- Я тоже могу произнести слово «ласка». Хотите скажу еще что-нибудь такое же неприличное? Любовь. Любовь! Надеюсь теперь вы довольны? А теперь ведите себя прилично.
Бейли не хотелось поднимать тему обсценной лексики, и поэтому он спросил:
- Роботы на самом деле могут обеспечить ребенка необходимым количеством внимания?
- Очевидно, да. Иначе этой фермы просто не было бы. Роботы играют с детьми, дурачатся, балуются, тискают их. Детей нисколько не беспокоит, что это всего лишь роботы. Основные проблемы начинаются, когда дети находятся в возрасте между тремя и десятью годами.
- Неужели?
- В этом возрасте дети хотят играть друг с другом. Все без исключения.
- Полагаю, вы им это позволяете?
- Приходится. Но мы никогда не забываем, что должны готовить их ко взрослой жизни. У каждого есть своя отдельная запирающаяся комната. Уже с возраста одного года дети спят одни. Мы настаиваем на этом. Затем каждый день мы добавляем время для уединения. С течением времени мы его постоянно увеличиваем. Когда ребенку исполняется 10, он уже может обходиться без личных встреч целую неделю, ограничиваясь только телеконтактами. У нас замечательное оборудование для видеосвязи. Оно позволяет поддерживать связь на улице, в движении, где угодно.
- Я удивлен, что вы смогли настолько полностью подавить этот инстинкт. Прямо-таки изничтожить его. Поразительно.
- Какой инстинкт? - Спросила Кларисса.
- Стадный инстинкт. Я о нем. Вы сами сказали, что дети требуют совместных игр.
Кларисса пожала плечами.
- Вы называете это инстинктом? Ладно, пусть так. Хотя с другой стороны, что это, если не инстинкт? О, небеса. Ребенок инстинктивно боится упасть, но взрослые учатся работать на высоте даже тогда, когда есть постоянный риск падения. Видели когда-нибудь выступления воздушных гимнастов? Есть миры, где люди живут в высоких зданиях. Дети инстинктивно боятся громких звуков, Но разве вы тоже их боитесь?
- В пределах разумного, - отозвался Бейли.
- Готова поспорить, что земляне не могут уснуть, если вокруг слишком тихо. О, небеса! Нет такого инстинкта, которого нельзя было бы исправить хорошим воспитанием, а тем более если речь идет об инстинктах у людей, у которых они и без того достаточно слабы. При правильном подходе, процесс воспитания упрощается с каждым поколением. Это и есть эволюция.
- Что вы имеете в виду?
- Не понимаете? Каждый индивид проходит свойственный его виду эволюционный процесс. Помните тех эмбрионов? На определенной стадии развития у них есть хвосты и жабры, Перепрыгнуть через эти стадии нельзя. То же самое с подрастающими детьми, которые проходят через стадию социализации. Но подобно тому, как эмбрион избавляется от своих хвостов и жабр за один месяц, хотя раньше эта стадия эволюции продолжалась сотни миллионов лет, наши дети ускорят прохождение стадии социализации. Доктор Дельмар держался того мнения, что с каждым новым поколением мы будем проходить ее все быстрее и быстрее.
- В самом деле?
- По его оценке через три тысячи лет, при текущих темпах развития, у нас будут дети, которые смогут перейти к стадии телеконтактов сразу. Босс интересовался и другими вещами, хотел разработать роботов, которые могли бы наказывать детей без ощутимых последствий для собственного ментального здоровья. Почему бы нет? Наказание сегодня - большая польза завтра. Это выражение как нельзя лучше раскрывает суть первого закона. Осталось только вдолбить это в мозги роботов.