- Да-да, - закивал Минним, - хорошего вам дня, детектив.
Бейли вышел в приподнятом настроении. Он и не надеялся, что победа над Миннимом дастся ему легко. Одержать верх над прочно укоренившимися традициями нельзя за один день или один год. Но он разглядел на лице Миннима неуверенность, сменившую необоснованную радость, пусть даже на краткий миг. Он надеялся на будущее. Минним спросит социологов, не один так другой задумается. Их это заинтересует, они могут попытаться поговорить с Бейли.
«Один год», подумал Бейли, «через один год я смогу отправиться на Аврору. Всего одно поколение - и мы опять сможем выйти в космос.
Бейли ехал в северном экспрессе. Скоро он увидит Джесси. Поймет ли она его? А его сын, Бентли, ему уже семнадцать. Когда у него самого будет семнадцатилетний сын, то возможно, он уже и будет строить лучшую жизнь на другой планете? Эта мысль пугала. Бейли все еще боялся открытого пространства, но теперь он уже не боялся этого страха. Он больше не станет избегать страха, а начнет с ним бороться.
Бейли почувствовал, что на него накатывает приступ безумия. В самый первый раз открытое пространство представилось ему странно-привлекательным, когда он был в наземном каре и обманул Дэниела, чтобы открыть в машине окно и высунуться наружу. Он не мог этого понять. Дэниел счел это извращением. Сам Бейли считал, что сделал это из чувства профессионального долга, что это было нужно для дела. И только в последний вечер на Солярии, когда он сорвал с окна занавески, он понял, что увидеть это ему было нужно ради самого открытого пространства. Оно влекло Бейли, обещая свободу.
На Земле миллионы людей думают точно также. Нужно только привлечь их внимание, помочь им сделать первый шаг.
Он осмотрелся по сторонам. Экспресс продолжал нестись вперед. Вокруг него был искусственный свет, мимо пролетали громадные блоки жилых секторов, вспыхивающие рекламные вывески, окна магазинов и фабрик, светофоры, толпы людей, шум, еще люди, снова шум, снова люди, люди и люди. Все, что он любил и ненавидел, боялся оставить, он думал, что тосковал на Солярии именно по этому.
Сейчас все это казалось чужим. Он больше не чувствовал себя дома. Он отправился, чтобы решить проблему убийства и что-то произошло. В разговоре с Миннимом он сравнил города с чревом женщины и был прав. А что делает человек первым делом, когда покидает чрево? Он рождается. И, покинув его, он уже не может вернуться назад.
Бейли оставил города и больше не может вернуться. Города больше ему не принадлежат. Стальные пещеры стали для него чужими. Это должно было произойти. Так будет и для других, и Земля родится вновь, и достигнет звезд.
Сердце Бейли бешено колотилось. Окружавший его шум превратился в тихий шепот. Он припомнил свой сон на Солярии, и теперь, наконец, понял его смысл. Он поднял голову и сквозь сталь и бетон, сквозь толщи людей, смог увидеть маяк, зовущий людей наружу. Он смог увидеть его, изливающее свои жаркие лучи, он смог увидеть обнаженное Солнце!