— Таков их образ жизни.
— Вы имеете в виду, что они практикуют контроль над рождаемостью?
— Да.
— И при этом оставляют планету пустой?
Бэйли и сам не знал, почему его заинтересовал этот вопрос. Возможно, потому, что численность населения Солярии была пока одним из немногих известных ему фактов.
— Солярия вовсе не пустая, — ответил Даниил. — Она разделена на участки, каждый из них управляется одним из соляриан. Размер поместья определяется решением Совета Правителей.
— И здесь совсем нет городов? — спросил Бэйли, и при этом холодные мурашки забегали у него по спине.
— Нет, коллега Элиа. Соляриане живут полностью изолированно и никогда не встречаются друг с другом. Исключение составляют супружеские пары, живущие в общем поместье.
— То есть как не встречаются?
— На Солярии личные встречи заменены телеконтактами, такими, как ваш вчерашний телеконтакт с правителем Груэром. Соляриане приняли только такой способ общения, и никакой иной.
Бэйли недоуменно уставился на своего собеседника.
— Вы имеете в виду и нас? Мы тоже будем лишены возможности личных встреч?
— Таковы обычаи данной планеты, коллега Элиа.
— Но как же я смогу расследовать преступление? Предположим, я захочу повидаться с кем-нибудь…
— Находясь в этом доме, коллега Элиа, вы можете получить объемное изображение любого жителя планеты. Это не составляет никакой проблемы и фактически совершенно избавит вас от неприятной необходимости покидать пределы дома. Вот почему я сказал, когда вы прибыли сюда, что вам вовсе не нужно будет привыкать к открытому пространству. И это к лучшему. Иначе, выходя из дома, вы испытывали бы крайне неприятные ощущения.
— Мои ощущения касаются только меня, — раздраженно заметил Бэйли и добавил: — Прежде всего, Даниил, я хочу связаться с женщиной, Гладией, женой убитого. И если трехмерное изображение покажется мне неудовлетворительным, я пойду к ней и поговорю с ней лично. Такие вопросы буду решать только я, и никто более.
— Вы будете иметь возможность получить исполнение ваших желаний, коллега Элиа, — бесстрастно ответил робот. — А пока я распоряжусь о завтраке. — И он направился к двери.
Бэйли посмотрел на широкую спину робота и внутренне усмехнулся. Даниил Оливау изображал из себя хозяина положения. Очевидно, ему были даны инструкции следить за тем, чтобы Бэйли не узнал слишком много. Как бы не так… На худой конец у Бэйли имелся козырный туз. Даниил Оливау был всего лишь Р.Даниилом Оливау — роботом. Если сообщить об этом Груэру или любому другому солярианину…
С другой стороны, поразительное сходство Даниила с человеком могло оказаться и полезным. Иногда лучше иметь козырь про запас, чем сразу же его выбросить.
“Поживем — увидим, — подумал Бэйли, — а сейчас действительно неплохо было бы позавтракать”. И он последовал за Даниилом.
— Каким образом происходит установление объемного контакта? — спросил Бэйли.
— Это делают роботы, коллега Элиа, — ответил Даниил и нажал кнопку вызова.
Сейчас же появился робот.
“Откуда они только выскакивают”, — подумал Бэйли. Их никогда не видно. Но стоит только нажать на кнопку, и они появляются как будто из-под земли. Бэйли внимательно посмотрел на пришедшего робота. Его лицо не было блестящим, скорее оно имело сероватый оттенок. На груди был рисунок из белых и желтых квадратов. В середине рисунка — контрольное табло с номером.
— Проводи нас в помещение для бесед, — приказал Даниил.
Робот молча поклонился и двинулся к двери.
— Подожди, парень. Как твое имя? — спросил Бэйли.
Робот взглянул на Бэйли.
— У меня нет имени, господин, — произнес он отчетливо и без колебаний. — Мой серийный номер, — металлический палец поднялся и опустился на контрольном табло на его груди, — Х-2745.
Бэйли и Даниил проследовали в большой зал, туда, где вчера состоялся разговор с правителем Груэром. Вошедших почтительно встретил другой робот. Первый поклонился и удалился.
— Очевидно, для каждой операции существует отдельный робот, — заметил Бэйли. — Один провожает нас сюда. Другой налаживает контакты и так далее.
— На Солярии разделение труда среди роботов достигло высокой степени совершенства, коллега Элиа, — ответил Даниил. — Это и неудивительно при таком количестве…
Бэйли посмотрел на второго робота. За исключением табло на груди и, возвожно, какиех-то изменений в программе, он был точным дубликатом первого.
— А какой у тебя серийный номер, парень? — спросил Бэйли.
— Х-1129, господин.
— Так вот, Х-1129, мне нужно поговорить с госпожой Гладией Дельмар, женой покойного правителя Рикэна Дельмара… Послушайте, Даниил, что еще нужно сообщить ему, ее адрес или что-нибудь еще?
— Не думаю, что необходима какая-либо дополнительная информация, — спокойно ответил Даниил. — Впрочем, я могу узнать у робота.
— Я сам сделаю это, — прервал его Бэйли. — Слушай, парень, ты знаешь, как связаться с этой госпожой?
— Да, господин. Моя обязанность — установление контактов со всеми господами Солярии. — Это было произнесено без всякого оттенка гордости. Просто констатация факта, как если бы он сказал: “Я сделан из металла, господин”.
— Ничего удивительного, коллега Элиа, — вмешался Даниил. — Существует всего около двадцати тысяч соединений. Это совсем немного.
Бэйли кивнул.
— А если на Солярии имеется две Гладии Дельмар, что тогда? Ты не перепутаешь, парень?
Робот молчал.
— Полагаю, коллега Элиа, — начал Даниил, — что он не понял вопроса. Очевидно, на Солярии не встречается одинаковых имен. При рождении даются только те имена, которые в данный момент не заняты никем другим.
— С каждой минутой все больше странного узнаешь об этой планете, — пробормотал Бэйли.
— Теперь, парень, — обратился он к роботу, — покажи мне, что надо делать, чтобы установить контакт?
Последовала пауза, после чего робот ответил:
— Вы сами хотите установить контакт, господин?
— Вот именно.
Даниил мягко коснулся руки Бэйли.
— Минуточку, коллега Элиа.
— Что такое?
— Я полагаю, что робот произведет все необходимые операции с большей ловкостью, чем вы.
— Я не сомневаюсь в этом, — мрачно ответил детектив. — Возможно, я и напутаю что-нибудь. Но, тем не менее, я предпочитаю сделать все сам. — Он взглянул на бесстрастное лицо Даниила. — В конце концов ведь приказы отдаю я, не так ли?
— Разумеется, коллега Элиа, — не моргнув глазом, ответил робот. — И ваши приказания, если они не противоречат Первому Закону, будут неукоснительно выполняться. Но с вашего разрешения, я хочу поделиться с вами той небольшой информацией о здешних роботах, которой я располагаю. Роботы Солярии специализированы более, чем на любом другом из Миров. Хотя конструктивно они могли бы выполнять множество работ, каждый из них запрограммирован на выполнение одной-единственной функции. Выполнение незапрограммирован-ных функций может быть связано только с выполнением одного из Трех Основных Законов. Но, в свою очередь, невыполнение той единственной функции, для которой они предназначены, также связано с требованиями Трех Основных Законов. Если бы робот был человеком, то можно было бы сказать, что невозможность выполнения его обязанности неприятна для него. Обычно этого не случается, так как жители Солярии никогда не вмешиваются в операции, совершаемые роботами. Соляриане считают неприличным выполнять ту работу, которую должны делать роботы.
— Вы пытаетесь убедить меня, Даниил, что если я сделаю за робота его работу, это причинит ему боль?
— Как вы знаете, коллега Элиа, слово “боль” в человеческом смысле неприменимо к реакциям робота.
Бэйли пожал плечами.
— Тогда в чем же дело?
— Тем не менее, — методично продолжал Даниил, — ощущение, которое испытывают роботы при этом, насколько я могу судить, столь же неприятно им, как ощущение боли человеческому существу.