Я нежно запустила пальцы в его коротко выстриженные волосы и другой рукой приподняла его подбородок так, чтобы он не смог избежать моего взгляда.
- Товарищ полковник, Вам пора на службу! - повторила.
Он загадочно улыбнулся. Взглянул на часы, затем опять на меня.
- У меня есть еще несколько секунд. Ну, или 5 минут... - произнес.
Прикусил мой подбородок и, целуя шею, развёл мои ноги, которые теперь находились поверх его белоснежной рубашки.
- Твоя рубашка! - взвизгнула я, но он прикрыл мои губы ладонью и я вновь почувствовала его внутри себя.
Мое тело изогнулось от наслаждения. Он крепко прижал меня к себе, собрав мои волосы в кулак.
- Я тебя люблю... Я очень … тебя люблю… - шептала я, прижимаясь к нему, усиливая и ускоряя его оргазм.
- Ты несравнима... Ты моя сладкая, обожаемая фантазия… - произносил он, наслаждаясь своей властью над моим телом, которое выкручивалось и стоном отвечало на каждое его прикосновение.
С трудом оторвав себя от пленяющего наслаждения, я вскочила и подобрала с пола мундир.
Отряхивая его и, с трепетом пытаясь отыскать любой оставшийся на нем светлый волос, я пыталась хоть немного привести его в прежний вид.
Он в спешке вывернул воротник белой рубашки, затянул галстук и, поправив свой мундир у входной двери, уехал.
Я пообещала дождаться его возвращения в квартире.
Наедине я еще раз обежала все комнаты, проводя по стенам руками.
“И откуда такая привычка?” - думала я, в скуке от нечего делать, изучив до углов все комнаты. “Видимо, семейство кошачьих - не единственный вид животных, который помечает свои владения, оставляя свой запах на их поверхности...” - продолжала я свою мысль, стоя на одной ноге у открытого холодильника, из которого я извлекла сладкий, шипучий напиток.
Подправила макияж у зеркала в ванной...
У меня даже было время попрыгать на кровати, падая на новый, упругий матрас, вытягивая ноги вперед - именно так, как дома прыгать было категорически запрещено.
А затем я устроилась поудобнее в кресле, достав из сумки книги, которые были со мной всегда и везде.
Прошло несколько часов. За окном стемнело. Послышался звук ключа, вращающегося в двери...
Он вошёл в зал.
Я лежала в кресле вверх тормашками, уткнувшись в книгу.
- Ты не выходила? - спросил он, улыбнувшись при виде моей изысканной позы.
Я отрицательно замотала головой.
- И ничего не ела? Ты, наверное, голодна. Здесь кроме напитков ничего нет. Пойдем, тебе нужно что-нибудь поесть.
Мы вышли из квартиры. В одном конце улицы поблескивал золотистый и хорошо мне знакомый фонтан "Принцесса Турандот", напомнив мне о нашем местонахождении.
- Пойдем! Пойдем!
Я потянула его за руку в сторону Арбата.
- Пойдем в McDonald`s! Пожалуйста!
Он долго и внимательно смотрел на меня, затем умиленно улыбнулся.
- Ну что? - спросила я, заметив его усмешку. - Что ты смеешься?
- Я не смею смеяться... Твои капризы прелестны! - ответил он, вновь не сдержав улыбки, и последовал за мной.
- Ты не голоден? - удивленно спросила я, сидя в McDonald`s, с нетерпением поедая “Fillet-O-Fish”, запихивая горсть жаренного картофеля себе за щеки и втягивая клубничный молочный коктейль, не успев прожевать.
“О, какой божественный вкус имеет это "гастрономическое чудо" после моментов страсти…” - думала я про себя, улыбаясь, в то время как он восторженно наблюдал за тем, как я поедала свой желанный "деликатес".
“Какой неповторимый момент! Любимый мужчина, со мной, в любимом заведении, на любимой улице, на которую мы сможем вернуться еще много, много раз!” - я продолжала развивать свою мысль, а он все любовался моей немой сценой наслаждения.
- Ну, не смотри на меня так… - произнесла я, застенчиво опустив глаза. – Да, и почему ты не ешь?
- Я плотно пообедал... – произнёс он, но я не дала ему закончить начатую фразу.
- Вот! Кусай! - я поднесла гамбургер к его губам, испачкав немного соусом верхнюю губу.
Он улыбнулся, откусил кусочек и долго и медленно пережевывал его, не то пытаясь отыскать в нем оттенки или изысканность вкуса, не то идентифицировать его состав.
Мой звонкий смех раздался по всему ночному, почти пустому ресторану. Я стерла остатки соуса с его губ и, не задумываясь, облизала палец.
- А теперь - запей! - я не могла налюбоваться его реакцией на приближающийся к нему бумажный стакан коктейля с трубочкой, с которого медленными каплями стекала ярко-розовая жидкость.
Он терпел, чувственно всматриваясь в мои, еще подросткам свойственные жесты, которые казались ему, как он говорил, “прелестными”.